Истории из жизни

Бабушка по объявлению


Ольга Вышемирская
Автор: Ольга Вышемирская

Я уже давно принадлежала только себе и коту, и чувствовала ностальгию по работе с детьми, возможно, это было простое желание быть нужной. Вычудила, в местной газете разместила объявление «Кому нужна бабушка, звоните» и телефон. Думала печатать не будут, но купив очередной номер, увидела свой текст. Первым позвонил мужчина:

- Здравствуйте. Я по объявлению... Вам дедушка, случаем, не нужен? А-то, даже пройтись, свежим воздухом подышать не с кем.

- Предложение интересное, но боюсь, я не подойду для совместных прогулок. Простите.
Хихикнула и отключила мобильный.

Потом долго никто не звонил и недели через две, когда я почти забыла о своем чудачестве раздался звонок.

- Я наверно поздно? В газете ваш номер указан, написано...

- Я слушаю!

- Меня зовут Марьяна. У меня сын... Нам, мне, нет Сашеньке нужна бабушка, а у нас нет, а хотелось бы...

- Марьяна, меня зовут Маргарита Матвеевна. Думаю, разговаривать нужно при встрече. Как Вы считаете!?

- Да, конечно. Но где?

- Можем встретиться в парке или кофейне.

- Наверно, в парке лучше.

Я была готова к любому повороту событий, но то, что я увидела, меня потрясло. Средь белого дня ко мне подошла молодая, размалеванная женщина, безвкусно одетая с коляской, в которой сидел мальчик, лет пяти. Он плохо говорил, не мог ходить, было непонятно, понимал ли он речь.

- Что с ребенком?

- Инвалид.

- Это я вижу. Что говорят врачи?

- Ничего особенного. Говорят, что надо сдать, вылечить невозможно.

- Какие молодцы! Ну а ты?!

- А что я могу, я даже не медсестра?!

И она залилась слезами. Краска полилась темными струйками, нос захлюпал и мы замолчали. Мальчик посмотрел на мать, на меня, качнул головой и стал показывать пальцем на приземлившегося у коляски голубя.

- Гули, гули - cказала я.

- Ули - повторил Саша.

Марина проревелась, успокоилась и стала подтирать размазанную тушь, глядя в зеркало.

- Отец ребенка где?

- Он с нами не живет, да и не жили мы, так, встречались. Когда забеременела, сказала и он исчез, сменив номер.

- А мать с отцом?

- Меня у междугородной трассы нашли.

- Детдомовская значит!?

- Угу. Детдомовская. Когда выросла, пошла искать место под солнцем. Солнца достаточно, а места нет. Устраивалась швеей в ателье, выгнали да и платили мало. Санитаркой тоже не сладко, продавцом - надо хватку иметь, а я только поделки из бумаги делать умею, ну еще из бисера плести.

- Н-да уж! Не густо. У тебя круги под глазами, зайдем в кафе, умоешься. Возьмем что-нибудь.

Мы вошли в кафе, заказали мороженое и сели за столик. Почти не разговаривая, умяли по хорошей порции и вышли в приподнятом настроении, договорившись созваниваться.

Первые месяцы общения проходили вне дома: в цирке, шашлычных, на детских площадках; даже в церковь ходили несколько раз. Потом, я стала приглашать Марину с Сашей к себе. Саша мог ползать и играть. Марина беспокоила меня больше. Она представляла собой комок комплексов: неуверенность в себе, боязнь будущего, нервозность и зависимость от чужого мнения... Даже с мелким выбором она не могла определиться. Жила в съемной комнате на краю города у местечковой салтычихи, которая буйным нравом давно уже разогнала всех, кто мог за постой платить по рыночной цене. Хозяйке жилплощади ничего не стоило съесть чужие продукты, взять с квартирантки сверх обычной платы за ремонт крана или плиты, сменить замок и уплестись в гости допоздна, не оставив ключа. Когда находила ярость, она вышвыривала квартирантку за порог и той нужно было срочно искать место для ночевки. Обычно этим местом был подъезд, на следующий день жизнь входила в привычное русло.

Марьяша платила мало, но эта сумма, составляла половину ее месячного жалования. Вторая оставалась на прожитье. При таком раскладе у этой девочки, кроме долгов, ничего своего не могло появиться.

Я решила, что девочку надо учить: ухаживать за собой, стирать вещи, мыть полы, выбирать средства гигиены и одежду; короче говоря, учить жить. На расстоянии этого не сделаешь, поэтому встал вопрос о переезде ко мне. Решение далось нелегко, я даже Персика спрашивала, потянем ли мы все это. Персик сказал: «Мяу». А что!? Я еще хоть куда, Сашенька не крикливый, даст Бог, справимся.

У салтычихи чуть не выпали оба глаза, когда я приехала на такси забирать молодежь. Это был единственный день, в который она готова была воевать за квартирантку. Дорожная сумочка с вещами Сашеньки висела у меня на плече, а вещи Марьяши, поместившиеся в два пакета, болтались на ручках коляски.

Сказать, что мы жили трудно, это не сказать ничего. Марьяша была неумехой. Требовался такт и терпение, чтобы научить ее делать все легко и быстро. Не раз я мысленно вспоминала салтычиху и, громко выдохнув, молча, улыбалась. Через два месяца войны с марьяшиными недостатками была одержана некоторая победа. Девочка без напоминаний принимала душ, стирала и утюжила вещи, мыла посуду, могла приготовить макароны и яичницу, макияж стал не таким броским и волосы приводились в порядок сразу после сна. Хотелось большего, но Саше, тоже, требовалось время. Ему устраивали зарядку и контрастный душ, ароматерапию и солнечные ванны; водили держа за руки по нагретой гальке; делали массаж, заставляли прыгать на маленьком батуте, придерживая его. А вечерами, когда он смотрел подборку лучших советских мультфильмов, мы учились: я терпению, Марьяша кухонным премудростям. Когда по поварскому делу можно было ставить зачет, Марьяшу взяли помощником повара.

Пока она была на работе, мы с Сашей читали сказки, кормили птиц, совершали покупки и играли: собирали ожерелья из бусин, строили крепость, рисовали человечков на картоне и вырезали, лепили из пластилина корабли, клеили из бумаги парусники и завязывали на веревочке узлы, устраивали театр теней и ели всякие вкусности, радуясь достижениям.

Конечно, Марьяна уставала, но мы не сдавались. Сашеньку свозили на прием к костоправу. Тот покачал головой, сказав, что ребенок маленький и может не выдержать болезненной процедуры. Мы с Марьяшей придерживали Сашеньку и молились, доктор от нервного напряжения покрывался испариной, ребенок плакал. И все же, через пять сеансов позвонки шейного и грудного отделов были поставлены на место. Сашка пошел.

Это обстоятельство сразу же обнаружило почти полное отсутствие инстинкта самосохранения, он добирался до розеток, плиты, чайника, лез в холодильник и старался достать бытовую химию. В выходные мы посещали кафе, гуляли по набережной, катались на карусели или ходили в цирк. Вечерами по будням, пока ребенок был поглощен выкладыванием геометрических фигур, учились вязать: я - орнаменты несколькими цветами, Марьяша простые вещи чулочной вязкой. Работая спицами, мы разговаривали о здоровье, о профессиях и планах на жизнь, о мужчинах и воспитании детей.

Однажды у Саши заболел живот и он стал кататься по полу и кричать. Температура подскочила до 39 и я позвонила в скорую. Ребенка с мамой забрали. Из приемного покоя Сашенька быстро попал на операционный стол, где ему удалили аппендикс. Операция прошла нормально и я пошла с передачкой, поддерживать боевой дух в молодом поколении. А через несколько дней Саша, вдруг, произнес: «Бабушка, свари борщик. Тут совсем готовить не умеют». Мы с Марьяшей переглянулись и тихо заплакали.

Теперь, Марьяна работает поваром. Саша учится в школе с математическим уклоном и занимается восточными единоборствами. А я прогуливаюсь с Душечкой, щенком таксы, которого мне подарил на день рожденья внук.

 
Автор: Ольга Вышемирская, г. Салехард, Тюменская обл.
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст