История

Сельское хозяйство при Петре I


Сельское хозяйство при Петре I

Становление абсолютистского государства еще более усилило традиционное вмешательство государства в развитие экономики, и это было необходимым условием форсированных темпов развития.

Великая деятельность великого государя была поистине всеобъемлющей. Даже такая неуправляемая сфера жизни общества, как сельское хозяйство, оказалась также предметом его внимания. Важнейшая мера Петра — внедрение в практику жатвы хлеба вместо традиционного серпа — литовской косы, косовище которой было длинным и удобным, а над косою укреплены длинные захваты для плавного переноса скошенных стеблей ржи или пшеницы в валок. При этом экономия труда была десятикратной, и такая коса за несколько десятилетий действительно стала широко распространенным орудием, но лишь в черноземных и степных районах. Царь распорядился разослать по губерниям несколько тысяч «литовок», а также и умельцев из прибалтийских крестьян.

Другим важным новшеством Петра I было упорное и настойчивое внедрение новых пород скота (рогатый скот из Голландии). Для производства тонких высококачественных сукон, в которых нуждалась и армия и верхи общества, шерсть российских овец не годилась. Поэтому в первой четверти XVIII в. правительство постоянно выписывало мериносных баранов из Испании и Силезии. Было организовано большое число овчарных заводов (особенно в Азовской губернии), разработаны правила содержания, кормления, стрижки овец и т. п. С 1722 г. казенные овчарни стали передаваться в частные руки. Такая раздача проводилась иногда и насильственно. В 1726 г. только на Украине число овец достигло 130 тыс. голов. Однако большая часть из них, видимо, была местных пород, и шерсть от них шла лишь на армейские нужды.

Казна энергично организовывала и конские заводы (в Азовской, Киевской и Казанской губерниях). В Астрахани в 1720 г. был устроен конский завод лошадей черкасской и персидской породы. Постепенно умножалось число и частных помещичьих конских заводов с «персидскими», «немецкими», «ногайскими», арабскими породами лошадей.

Большие усилия предприняла казна для резкого расширения посадок на юге страны тутовых деревьев и разведения шелковичных червей. Были основаны шелковые «заводы» в Москве и под Царицыном, плантации под Киевом, Астраханью и на Северном Кавказе.

Наконец, при Петре I были предприняты первые попытки государственной охраны лесов. В 1703 г. было запрещено рубить лес толщиной в полметра в пределах 50-верстной прибрежной зоны больших рек и 20-верстной малых рек. Штраф полагался за рубку огромный — 10 руб. Для нужд населения разрешены были рубки таких пород леса, как ольха, ива, ясень, орешник и липа. В 1712, 1715, 1720 гг. вышли указы, полностью запрещающие рубку леса в пределах Новгородского, Торопецкого, Старорусского, Луцкого уездов, по берегам Меты, Свири, Невы и Финского залива. В 1719 г. лесами стало ведать Адмиралтейство, а в 1722 г. была введена должность вальдмейстера в районах крупных лесных массивов.

Дефицит рабочего времени русского крестьянина

Вместе с тем меры, предпринятые Петром I в отношении сельского хозяйства, имели лишь частичный успех. В конце XVII — первой половине XVIII в. для этой важнейшей сферы производства, как и в предшествующие столетия, был характерен низкий уровень развития, продиктованный сугубо объективными суровыми природно-климатическими условиями. Главное из них заключалось в очень коротком рабочем сезоне в земледелии (по старому стилю — с конца апреля до середины сентября). За этот период крестьянин должен был вспахать, заборонить яровое поле, посеять зерно и заборонить или запахать его, вывезти на паровое поле навоз, разбросать и запахать его, почистить луга, произвести сенокосные работы и убрать сено, вспахать паровое поле, посеять озимь, наконец, сжать и убрать урожай. На все это, исключая воскресные дни, природа отвела русскому крестьянину примерно 130 дней, из них около 30 дней уходило на сенокос. При минимальном соблюдении правил агрикультуры обработки земли и заделки семян семья из четырех человек при одной лошади могла обрабатывать очень небольшое по размеру поле: около 2,5 десятины (га) в яровом и озимом клину. Увеличить площадь пахоты можно было, лишь резко ухудшая обработку земли и заделку семян.

Обычно на нечерноземных просторах Центральной России при этих условиях урожайность была очень низкой. Урожай считали в «самах»: сколько одно семя («сам») дает урожайных зерен. В частности, в Ярославском уезде в конце XVII в. урожай ржи был от сам-1,0 до сам-2,2, овса — от сам-1,0 до сам-2,7, ячменя — от сам-1,6 до сам-4,4. В Костромском уезде рожь давала урожай от сам-1,0 до сам-2,5. В плодородных вкраплениях почвы северных краев рожь имела урожай сам-3,6, овес — до сам-2,7, а в районе Кирилло-Белозерского монастыря в 70—80-е гг. XVII в. урожай ржи местами доходил иногда до сам-10, овса — до сам-5, а ячменя — до сам-6. В Нижегородском крае в первой четверти XVIII в. урожайность ржи в монастырских вотчинах в большинстве случаев колебалась от сам-2 до сам-2,5. Максимальный сбор овса достигал сам-2,5, но чаще сам-2. Из яровых урожайнее был ячмень (сам-3).

В XVIII в. по Вологодскому Северу рожь давала от сам-2 до сам-2,7, иногда до сам-4,2; овес — от сам-1,5 до сам-2,8; ячмень — от сам-1,3 до сам-6, иногда до сам-10. Столь печальную ситуацию усугубляли коварные ранние осенние и поздние весенние заморозки, губившие урожай и весенние всходы.

Если среднюю плотность высева ржи определить в 12 пудов на десятину, то чистый сбор (за вычетом семян) составит при урожае сам-2 всего 12 пудов с десятины, а на семью в 4 человека, имеющую посев в двух полях в 2,5 десятины, — 15 пудов ржи. При той же урожайности семья получит овса около 16 пудов. Поскольку овес в яровом поле занимал до 70 % площади, то львиная доля чистого сбора, состоящая из ржи и овса, составила бы 28 пудов. При средневековой норме питания в 24 пуда на взрослого едока такой запас зерна чудовищно мал и означал лишь голод. При урожае в сам-3 чистый сбор на эту же семью составил бы 56 пудов, а с ячменем — 64 пуда. При нормальном питании этого хватало на 2,7 полных едока. Следовательно, лишь сокращая норму питания, семья могла свести концы с концами. Однако предложенный здесь расчет не учитывает подкормку зерном или мукой скота, а за этот счет норма питания еще более уменьшалась. В итоге крестьяне должны были налегать на пустые щи, квашеную капусту, репу, редьку, квашения из ботвы свеклы, моркови, весной варили щи из сныти и т. п.

Дефицит кормов для скота

Казалось бы, выход мог быть простой — лучше удобрять землю и повышать урожайность. Однако в историческом Центре России стойловое содержание скота было необычайно продолжительным, а в суровые зимы калорийность кормов должна быть чуть ли не втрое больше, чем летом. Не следует забывать, что XV–XVIII вв. были по климату «малым ледниковым периодом». В лютые морозы молодняк скота и птицы приходилось держать в избах.

В то же время сенокос, вклиниваясь в земледельческие работы, занимал всего 20–30 дней, лишая крестьянина возможности заготовить нужный запас сена. Трагический парадокс русского крестьянина и земледельцев других народов Центра Русского государства заключался в том, что при изобилии луговых просторов заготовка кормов в силу обстоятельств сводилась только к минимуму. Поэтому крестьянин обычно имел мало скота, а следовательно, и мало удобрений. Поэтому для концентрации рабочих рук семьи крестьян нередко не разделялись: отец и мать жили со взрослыми женатыми сыновьями или с семьями дочерей, увеличивая таким образом число рабочих рук и несколько укрупняя хозяйство.

Для восполнения ущерба от низких урожаев на неплодородных полях трехполья широко практиковались, как и в прежние века, подсека и лесные росчисти, сопровождавшиеся сжиганием поваленного лесного материала. Обогащенная калием почва давала 2–3 года большие урожаи, правда, с последующим резким падением плодородия, вынуждавшим крестьян к новым расчисткам леса. Такие работы велись практически постоянно и требовали объединенных усилий крестьянской общины.

Таким образом, путем величайших усилий русское крестьянство создавало необходимые условия жизни огромного социума. Однако на протяжении веков это был, как уже говорилось, социум с очень ограниченным совокупным прибавочным продуктом.

Малое плодородие большей части почв, предельно короткий рабочий период для земледельческих работ заставляли почти все общество заниматься земледелием. Земля, так сказать, цепко держала все население в своих руках, что резко тормозило процесс отделения промышленности от земледелия, замедляло развитие городов, торгово-ремесленных посадов и селений, наглухо тормозило образование рынка рабочей силы.

В этих условиях единственным способом гармоничного развития экономики и социума было создание промышленности самой государственной властью. Начало этому процессу было положено еще при первых Романовых основанием крупных железоделательных предприятий, являвшихся своего рода концессиями иностранного капитала, а также созданием казенных служб в металлообработке и производстве оружия. Однако все это имело достаточно скромные масштабы и не могло быть средством для стремительного промышленного развития. В начале царствования Петра I задача такого развития страны стала острейшей необходимостью.

 
Подготовленное коллективом авторов под редакцией Л. В. Милова
Из книги: «История России XX—начала XXI века»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст