Жизнь и смерть

Монахиня Серафима и отроковица Наташа


Архимандрит Тихон (Агриков)
Архимандрит Тихон (Агриков)

«Наша семья состояла из девяти человек. Семеро детей, отец и мама. И вот нашу семью постигла беда. У троих девочек болели глаза. Когда средней нашей сестре Наташе было семь лет, у нее заболел сначала один глаз и в скором времени пропал совсем; через некоторое время заболел и другой. Уездный врач дал направление в город Яранск, к профессору. Транспорта тогда не было, и мама с Наташей отправились в больницу пешком за 60 километров. Профессор поглядел и сказал, что пропадет и другой глаз, дал мазь и велел дома мазать. Когда они вернулись домой и мама помазала, то Наташа всю ночь кричала от боли, а утром глаз ослеп. Восьми лет сестра стала совсем слепой.

Наташа еще не знала мира. И вот так она прожила до семнадцати лет, а на восемнадцатом году заболела и слегла. Кроватей у нас не было, лежала на скамейке. Болела она около года. Месяца за три до своей кончины она совсем перестала спать и почти не ела, когда разве откусит хлеба — и все.

Мама стала ее принуждать поесть. А Наташа говорит:

«Мамочка, а я ведь сыта».

«Чем же ты, дочка, сыта?» — спрашивает мама.

«А меня ангелы кормят», — отвечает Наташа.

Конечно, сначала мы не поверили, думали, что в бреду говорит, но потом поняли, что нет. За Наташей ходила я, маме было некогда: семья большая. Однажды я от нее отхожу, а она говорит мне: «Аннушка, когда ты отходишь, ангелы тебя благословляют».

Осенью папа лен переделывал рядом с ней. Изба была маленькая, так пыли было — полна изба, и сестра лежала вся в пыли. Но ни разу не слыхали, чтобы она, с тех пор как заболела, на что-либо роптала. Только когда мама скажет ей со слезами: «Ох, дочка, пока я жива, ты со мной, а когда я умру, то кому ты будешь нужна?» — она ответит ей: «Не плачь, мама, я, может, еще раньше тебя умру». Так и получилось.

Мама ее спрашивает: «Дочка, чем же тебя ангелы кормят?» Она говорит: «Яблочком, раз откусишь и сыта». Мама снова: «Что, все одно яблочко носят?» — «Нет, — отвечает, — каждый день все свежие, целые».

А то, бывало, мама с папой уедут рано утром в воскресенье на базар, мы одни дома останемся, и вот Наташа говорит: «Молитесь, начинается обедня... Вот поют “Иже Херувимы”...» Поднимает ручки и поет... «Вот “Верую” поют, вот “Отче наш”, вот “Достойную”...»

А церковь-то у нас за три километра. Поверьте, батюшка, ее никто не учил ни одной молитве. Маме было некогда.

И вот в одну пятницу Наташа говорит маме: «Мама, завтра мою душеньку ангелы возьмут на сутки». А мама ее спрашивает: «Что, Наташенька, ты разве умрешь?» — «Нет, не умру. Они сказали, что завтра в 12 часов. Так ты ребят-то не унимай, пусть кричат и играются, я ведь все равно не услышу». И ровно в 12 часов уснула и спала до 12 часов следующего дня. Уснула она в субботу, а проснулась в воскресенье и все это время лежала, как мертвая, безо всяких признаков жизни. Когда она пришла в себя, как же она горько плакала! «Мамочка, милая моя, где же я была и что я видела!» Мама плачет и спрашивает: «Что же ты, дочка, видела?» Но Наташа много не говорила, а только сказала: «Я всем вам место видела. Папе будет плохо. Мама, девчатам не давай в праздник и субботу работать, очень большой грех». Мама говорит: «Скажи, дочка, кому какие места-то?» — «Нет, не велели. Вот когда буду умирать, тогда скажу».

Один раз было воскресенье. Наташа говорит: «Мама, я ведь все вижу». И все рассказала: кто во что одет, что где лежит. Потом просит: «Принесите мне смертную одежду, в чем вы меня положите». Принесли. Поглядела она и все назвала. Целый день сестра видела и все повторяла: «Как хочется на папу поглядеть, но, наверное, уже не увижу». А отец-то был на базаре. Едет он во двор, а Наташа и говорит: «Вот уж и не вижу больше ничего». Потом мне сказала: «Аннушка, когда я умру, ты никому не говори, а останься в избе одна и встань вот на этом месте и гляди в окно: когда меня понесут, ты увидишь ангелов, которые со мной полетят, только никому не говори». А когда она умерла, я маме рассказала, а мама — всем родным, которые приехали ее хоронить. Я все же осталась, но ангелов не видела, а видела как бы искру огненную. Не знаю, потому ли, что сказала другим, или не дано мне было видеть. Тогда я была еще маленькая, мне было 12 лет.

Наташа умирала накануне Николина дня во время всенощной, и не было никакого подозрения на то, что вот она сейчас умрет. Сказала только: «Мама, поверни меня на бочок». Мама повернула ее, а она глазки закрыла, вздохнула — и все. Когда хоронили, то мама батюшке говорит: «Мы забыли ее спросить, насчет того, кому где место приготовлено». А он отвечает: «Ах, Варвара, разве вы это забыли? Вам не дано знать! Это ей, ангельской душеньке, Господь открыл потому, чтобы вы знали, что есть загробная жизнь. А ты-то благодари Бога, что у тебя было такое дитятко. Она молитвенница не только за вас, но за весь ваш род...»

Да, вот еще забыла сказать: в праздники ей все были видения. В одно воскресенье папа и мама были в городе, а мы, дети, завтракали. И вот она крестится, крестится: «Царица Небесная, Царица Небесная!» Улыбается, потом глаза закрыла и говорит: «Что же вы не молились, ведь была Царица Небесная!» — «Какая же была?»— спросили мы. «Светлая, сияла вся в золоте». — «Ну, что Она говорила?» — спросили. «Ничего. Она меня только благословила». (Из письма девицы Анны духовному наставнику).

***

Эта семнадцатилетняя девица Наташа почти всю жизнь была слепая. Но какие дивные видения открывались ее духовному взору!..

Матушка Серафима, о которой мы хотим сказать несколько слов, тоже была почти слепая. Но матушка прожила длинную жизнь, ей было под девяносто лет, и была она старенькая-престаренькая. Жила она одна недалеко от лавры Сергия Преподобного, с южной стороны святой обители, на Долгопрудной улице, рядом с озером. Ангел Хранитель всегда был с нею, она беседовала с ним, и никогда не оскорбляла его. Какое это большое счастье для человека — жить вместе с Ангелом Хранителем, ясно чувствовать его около себя, каждую минуту проверять свои дела и думать: «А как Ангел Хранитель? Не оскорблю ли я его этим делом?»

«Яко ангелом Своим заповесть о тебе сохранити тя во всех путех твоих» (Пс. 90, 11).

Идет человек один темною ночью по пустынным улицам. Нигде ни огонька, только осенний ветер качает деревья, и их тени рисуют причудливые образы в воображении одинокого пешехода. Страшно человеку! Кто укрепит в эту минуту немощную, беззащитную душу? Ангел Хранитель. Его сила велика. Еще в древности Ангел в одиночку поразил несколько тысяч воинов Синнахирима. И разве он не защитит одинокую душу? Как хорошо призвать его на помощь, почувствовать его рядом с собой в страшную минуту! Под его покровом и защитой тебе не будет страшно. Как часто мы чувствуем себя одинокими, слабыми, беззащитными! Но какая сила и бесстрашие рождаются в душе человека, когда он вспомнит Ангела Хранителя и своими духовными очами увидит Его около себя! Нет большего оскорбления для Ангела Хранителя, чем то, когда мы забываем о нем, не надеемся на него, не призываем его к себе на помощь. Как ты, мой милый друг, относишься к своему Ангелу Хранителю? Помнишь ли всегда о нем, чувствуешь ли на себе его дыхание и веяние светлых крил?

...Матушка Серафима жила одна в своей полуразвалившейся хибарке. Она, кажется, и дверей-то никогда не запирала. Сила ее духа укреплялась близостью Ангела Хранителя. Могу ли я заверить, что она его не видела наяву? Ее тихая сосредоточенность и постоянная молитва говорили о том, что она все время беседует с Ангелом Хранителем и с Господом.

***

В просторной комнате в маленькой люльке спит малютка безмятежным детским сном. Тихая блаженная улыбка сияет на его чистом личике. Осторожно входит мать, на цыпочках подходит к ребенку, боясь его разбудить. И вдруг кто-то тихо говорит ей в самое ухо: «Бери младенца и беги». Она оборачивается. Никого нет. «Бери младенца и скорее беги», — еще настойчивее повторяет голос. Уже не рассуждая, она хватает малютку и выбегает за дверь. В эту самую секунду за ее спиной раздался страшной силы треск, гром падающих бревен и досок. Потолок в комнате, где только что безмятежно спал ребенок, провалился и обрушился. Ангел Хранитель спас малютку.

***

В минуту отчаяния одна мать прокляла своего ребенка.

Когда ему исполнилось десять лет, бесы пришли за ним. Была ночь. Неожиданно двери в комнату открылись, и вошло множество нечисти. Впереди — самый страшный. Глаза его горели огнем адской злобы. Он был настолько велик, что головой упирался в потолок. Отрок — маленький, щупленький — спал рядом с матерью. Увидев незваных гостей, мать, как разъяренная львица, вскочила.

«Отдай сына, ты его прокляла, он наш», — прорычал старший демон. «Нет, ни за что на свете!» — ответила она и подняла руку для крестного знамения. «Отдай!» — наступал злобный демон. «Ни за что не отдам! Ангел Хранитель, помоги!» — вскричала мать. Молния блеснула лучом яркого света, мать, не помня себя, упала без чувств.

...Когда она опомнилась, в комнате была тишина. Отрок спал тихим безмятежным сном.

***

Семья готовилась ко Святому Причастию. А храм был за семь километров, ехать нужно было рано утром на пароходе. Пока с вечера читали молитвы к причащению, вечерние молитвы, каноны, настала глубокая ночь. Через два часа должен быть пароход. Спать — проспишь. «Ангел Хранитель, разбуди, чтобы нам не проспать!»

Перекрестившись, легли...

Спустя два часа в окно раздается легкий стук. Но сон утром крепкий. Стук повторяется громче. Отец встает и выходит во двор. Никого нет. С реки доносится гудок — это пароход подходит к пристани. «Боже мой, вставайте! Ангел Хранитель как раз вовремя нас разбудил, собирайтесь».

***

Мальчику Тимофею было семь лет, а его сестре Марии — годик. Вот неожиданно она смертельно заболела. Мать ночами не отходила от ее постельки. В последнюю ночь мать так утомилась, что не могла бодрствовать и заснула. Мальчик Тимофей сидел у окна. «Мама, мама, Маньку взяли!» — вдруг закричал мальчик. «Что ты кричишь?» — проснулась мать. «Да Маньку-то нашу взяли». — «Кто взял?» — «Да вон понес, белый-белый и с крылышками».

Когда мать подошла к кроватке больной Марии, девочка уже умерла. Тихий светлый ангел унес ее душу в небесные обители Рая.

***

Отец тихо вошел в детскую спальню. Он намеренно вошел так тихо, чтобы дети не услышали. Отец хотел своим незаметным приходом особенно обрадовать детей. Притаившись за ширмой, он услышал детский голос: «А как ты думаешь, они сегодня придут к нам?» — спрашивала маленькая девочка Надя свою сестру. «Да, они придут, обязательно придут», — отвечала маленькая Катенька. Входит отец. Дети смутились... «О чем это вы, детоньки, разговариваете, кого ждете?» — «Да ангелов ждем». — «Каких ангелов?» — удивляется отец. «Ангелов настоящих, — в один голос отвечают дети. — Они ходят к нам каждый вечер, да такие тихие, светлые». Отец, роняя слезу, тихо вышел из детской.

***

Необъятное небо. Два ангела воспарили к небесам, неся душу человека. Неожиданно навстречу явилась темная толпа бесов. Они кричали, требовали, угрожали: «Куда несете эту грязную душу? Она наша. Или вы не знаете, что она всю жизнь делала грехи?» Ангелы, несшие душу, защищались. «Докажите, что она ваша», — говорили они бесам. «Всю жизнь она беззаконничала!» — наступали бесы. «Так как вы всегда лжете, то мы вам не верим, — сказал один ангел. — Спрошу Ангела Хранителя».

Ангел Хранитель ответил: «Да, действительно, эта душа — великая грешница, но я видел, как при смерти она много плакала о грехах своих». Пристыженные бесы исчезли.

***

Какое великое счастье для человека — всегда живо ощущать около себя Ангела Хранителя! Во всю жизнь — в младенчестве, отрочестве, юности, в зрелых и старческих летах — человек охраняется мощною силою Ангела Хранителя. А какое великое утешение для бедной души увидеть тихий и светлый образ Ангела Хранителя в минуты смерти человека, когда душа его мятется, устрашается безобразными призраками, когда от родных нет ни утешения, ни помощи! Беззащитная перед смертью душа переживает страшную муку одиночества, полной оставленности, страх наказания за грехи, неведомую тайну будущей жизни или вечной муки... Но вот у одра умирающего тихо является Ангел Хранитель. Как солнце своими теплыми лучами, согревает он умирающего своей опекой. Его кроткий взор вселяет надежду в грешную душу и дает твердую опору в защите от бесов. Как небесные серафимы ведут чистую и мирную жизнь с другими ангелами, так матушка Серафима жила в любви и неразрывной дружбе со своим Ангелом Хранителем.

Последний раз я видел ее в Лавре, когда она, с неизменным узелком за спиной, в котором лежали Святое Евангелие, поминание, просфорочки, — согбенная, с посошком в руке — причащалась Святых Христовых Таин. И с той поры в Лавре ее больше не видели. Тот, кого она так боялась оскорбить во всю свою жизнь, кому она так всегда горячо молилась, тихо открылся ей в минуту ее смерти. Он твердо встал у ее одинокого бедного одра и своим огненным мечом отогнал все бесовские призраки.

Похоронили ее на братском кладбище. Святое имя матушки Серафимы навечно вписано в лаврский синодик и в сердца иноков святой обители. Она жила вне святой Лавры, но вот своей любовью к небесному покровителю Преподобному Сергию, а также любовью к Ангелу Хранителю она заслужила себе венец нетленной жизни и вечного небесного счастья. Ее душа окрылилась от постоянного, ежедневного молитвенного общения с Сергием Преподобным. А воля ее укрепилась от близости к ней святого Ангела Хранителя.

Сколько теперь христианских душ, живущих в миру, среди суеты, житейских невзгод, среди искушений, всяких греховных падений, — сколько их теперь спешит под кров Преподобного Сергия и под молитвенную сень святой его обители! Все верьте, что ваша любовь к святой обители не тщетна. Ваш труд, хотя, может быть, и малый, все равно не пропадет даром. Окрыляйтесь и вы под сенью Великой Лавры, пока еще ее свет мощным сиянием горит во тьме жизни. Не забывайте своих Ангелов Хранителей, которые ежеминутно, как любящая мать, нежно берегут вас от всяких зол, и болезней, и вражеских нападений. Прислушивайтесь к советам этих Божиих посланников, которые, стоя за правым вашим плечом, всегда внушают вам благую мысль. И всей силой души отвращайтесь от наветов и козней бесов, которые из-за левого плеча всегда толкают вас на погибель. Питайте самую нежную любовь к Господу, к Матери Божией, своему Ангелу Хранителю, к Преподобному Сергию, и за ваш труд в духовной жизни воздастся вам сторицею!

 
Автор: Архимандрит Тихон (Агриков)
Из книги: «У Троицы окрыленные»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
Реклама
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст