Семья

Трудное счастье семьи Леваевых


Семья Леваевых с Анькой

Недавно у Аньки был день рождения. Который по счету – она вряд ли помнит. Анька – инвалид. Возможно, если бы не упала она в раннем детстве и не ушибла серьезно голову, жизнь ее пошла бы иначе, а звали бы ее Анной Андреевной. Но – что толку гадать?

Живет Анька вместе с папой и мамой в мордовском селе Папулево. Правда, за стол праздничный сели впятером, еще брат младший приехал, да дядя Вася, который не намного старше своей племянницы. Зато когда был мамин день рождения – в большом доме Леваевых яблоку упасть было негде. Все-все братья и сестры приехали. Со всей России. Их у Аньки семеро, все давно уже одна большая семья. Хоть и фамилии разные. Трое – Пискайкины, пятеро, вместе с Анькой – Леваевы.

Улица, на которой они живут, крайняя на селе. Дальше – только поле, на котором всю жизнь проработал Андрей Иванович. Сначала – механизатором, потом – колхозным бригадиром. Я не думаю, что они вместе с женой Анной Яковлевной за всю жизнь прочитали хоть одну книгу по педагогике. Но житейская мудрость, впитанные от родителей представления о порядочности, четкое понимание простых житейских испытанных веками истин помогли им не просто поставить на ноги своих детей, но и сделать так, чтобы рожденные в разных семьях, они ни на секунду не почувствовали, что мама или папа им не родные.

Началась эта неординарная история достаточно давно. Но в том и суть, что леваевские рецепты счастливой семейной жизни   до такой степени универсальны, что их можно применить в любое время и в любых обстоятельствах. Были бы желание, терпение и та самая житейская мудрость, которой оказались счастливо наделенными два простых человека: колхозный механизатор и обычная домохозяйка.

Овдовели они почти одновременно. У одной на руках осталось трое, мал-мала-меньше, у другого – тоже трое. Да, к тому же, девочка, которая с каждым годом все больше отставала в развитии. Оба понимали: создать в таких условиях крепкую семью не просто сложно, а очень сложно. Подготовку начали заранее, еще за несколько месяцев. Детям Андрея Ивановича внушали, что мама их долго болела, лежала в больнице в городе, скоро приедет и привезет всем много подарков. Миг, когда Анна Яковлевна в первый раз вошла в свой новый дом, она до сих пор не может вспоминать без слез.

- Детишки облепили со всех сторон, плачут, обнимают. Мамочка, ревут, что же ты так долго не приезжала? И я реву…

А дальше началось самое сложное: притирка совершенно разных людей и таких же разных характеров. Новая хозяйка властно взяла в свои руки все домашние заботы, решая по своему житейскому разумению все новые и новые возникающие проблемы. Не умещается вся семья за обеденным столом? Питаться в две смены! Причем, каждый должен получить кусок мяса из супа ни на грамм не меньше, чем сосед. А суп как у первой, так и у второй смены должен быть одинаково горячим!

Если покупки – то всем одинаковые. Не хуже, но и не лучше, чем у братика или сестренки. Еще в советские времена оказалась Анна Яковлевна в Москве. Зашла в универмаг и стала делать покупки, сообразуясь с потребностями детей и этим самым житейским принципом. А для шестерых много их надо! Откуда ни возьмись, милиционер: спекуляцией, гражданка, заниматься надумали? Предъявите документы! Та без слов развязала узелок и достала паспорт. Глянул служивый на страницу, где дети перечислены, помолчал и отдал честь…

Перед  Андреем  Ивановичем стояла та же проблема. И решал он ее по тому же рецепту: старался быть для всех одинаковым отцом: строгим, справедливым, готовым помочь, научить и отругать, если потребуется. Хотя, в чем-то и сложнее было. Ведь дети новой жены перебирались в его дом и для него роль долго отсутствовавшего и приехавшего издалека отца никак не подходила. Единственный сын Анны Яковлевны в первый же день наотрез отказался ехать вместе  с ним и прямо заявил, что за отца его не признает! Пришлось идти на хитрость. Днем позже Андрей Иванович приехал за ним на тракторе и попросил мальчишку помочь, сесть за руль. Так и рулил Ванька по селу, надувшись от гордости, с коленей нового отца…

Анна Яковлевна рассказывает, как новый супруг первый раз после немудреной свадьбы  пришел домой под хмельком. Воспоминания о том, как «гонял» семью в таких ситуациях первый муж, были живы в ее памяти. Потому и скомандовала «своим»: прячьтесь. Ты – на печку, ты – в чулан. Мало ли, как обернется.  А «своих» муж не тронет! Андрей Иванович, зайдя в дом, недоуменно повел глазами: а дети где? Почему не все? Живо всех сюда! Повылазили…

- Так, у папки сегодня зарплата. Он чуть выпил. А вам вот каждому по рублю и бегите в магазин за гостинцами!

Семья Леваевых

Так и шло! Дети подрастали, и каждому была выделена его посильная доля в общих семейных заботах: на огороде, скотном дворе, в доме. А как же? Одной матери разве управиться? Не все, разумеется, шло гладко. Вот – старшая дочь Анны Яковлевны «дичится». Никак до конца не признает нового отца. Терпение и та самая жизненная педагогика, о которой мы уже говорили, сделали свое дело.

- Потребовалось на несколько дней уехать, - рассказывает Андрей Иванович. – Собираю вещи, а она на табурет встала и тихо так зовет меня: папа, подойди сюда. Ни разу до этого папой не звала. Подошел, спрашиваю, что тебе, доченька? А она крепко обняла и не говорит ничего. Тут и я заплакал.

Зато с Анькой сложностей с каждым годом было все больше. Стало ясным, что овладеть школьной программой она не в состоянии. Тогда Анна Яковлевна стала учить ее самым простым, житейским вещам: помыть пол, прополоть грядку, подоить корову. Тут дело пошло чуть лучше. Мать не раз задумывалась о том, чтобы оформить ей пенсию как инвалиду детства. Но заговорить об этом боялась. Как отреагирует муж на горькую правду о том, что у его дочери такие проблемы? Однажды набралась смелости, сказала. Андрей Иванович пожал плечами: если получится – хорошо бы. Врачи на ВТЭК долго беседовали с Анькой.

- Что делать умеешь?

- Суп варить, корову доить, в огороде работать.

- А кто научил?

- Мама.

А потом попеняли Анне Яковлевне: почему тянули так долго. Ведь инвалидность здесь – бесспорная, а лишняя копейка большой семье никогда не помешает. И добавили: редкая настоящая мать  сможет сделать для такого ребенка столько, сколько сделали вы, мачеха.

Были и радости. Главная – сразу два совместных ребенка, братишки-близнецы, которых подарила мужу Анна Яковлевна. А тот, ошалевший от радости и изменивший на время своей хладнокровности и сдержанности, приволок прямо в роддом здоровенную сумку с вином и угощением для его работников…

Младших в семье всегда любят чуть больше, чем остальных. Так ли это было у Леваевых – не знаю. Но принцип полного равенства неукоснительно соблюдался и в их случае. Одежда – одинаковая, чтобы без обиды. Любые дела, когда подросли, опять же на двоих. Лишь один вопрос братья решали поодиночке. Когда отслужили в армии и вернулись домой, мать им строго сказала: месяцок погуляйте – и ведите невест. Будем свадьбы играть. И чтобы не откладывать. Иначе разбалуетесь.  Вскоре у Леваевых сыграли свадьбы.

После моей статьи в районной газете слухи о семье Леваевых дошли и до тогдашнего Главы Республики Мордовия Николая Ивановича Меркушкина. Анну Яковлевну пригласили в Саранск, на встречу многодетных матерей. Она с гордостью показывала всем подаренный ей большой полушалок, но про подробности встречи согласилась рассказать не сразу.

- Понимаешь? Все, конечно, было. Стол большой, угощение хорошее, слова добрые. Но смотрела на соседок – и не совсем удобно себя чувствовала. Одна конфету потихоньку прибрала, в узелок прячет. Другая  –  еще что-то вкусненькое. Нет, думаю, у нас своя гордость есть. Что нужно – сами купим…

…В этом доме я бывал не раз: и в минуты радости, и горя. Но одна встреча, в самой середине девяностых годов прошлого века, врезалась в память особо.

- Ты? Заходи, заходи, - раздался с печи голос Андрея Ивановича. – Анька, видишь, человек с мороза? Накорми, чай поставь. А я, прости уж, не слезу. Приболел, знобит всего.

А дальше хозяин рассказал совершенно обычную для него историю своей болезни.

- Колхоз наш разваливается. На фермах электричество за долги отключили. Навозоуборочные транспортеры не работают. Вот и стоит целое стадо в мерзлой жиже. Я вчера перед сном на улицу вышел, а из коровника свет пробивается. Перепутали, видать, что-то энергетики, подключили. А надолго ли? По селу пробежал, мужиков перебудил и все вместе до утра скотину спасали, навоз гребли. Вот и простыл, наверное.

Немудреный, одним словом рассказ. Но от него ли, или от Анькиной лапши с мясом на душе у меня сделалось и вправду теплее.

Фотографии представленые в данном материале - из личного альбома семьи Леваевых
Автор:  член СЖ РФ А. В. Андронов, Мордовия
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
Реклама
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст