История

Развитие экономики в России в начале XIX в.


Развитие экономики в России в начале XIX в.

К началу XIX в. территория России раскинулась на тысячи верст — от Балтийского моря до Тихого океана. На этом пространстве проживало 43,7 млн. человек. Из них на долю Сибири приходилось 3 млн. человек. Наиболее плотно были заселены центральные губернии. В Заволжье и на Дону жило меньше. Еще меньше плотность населения была в Сибири. А Дальний Восток представлял собою огромные незаселенные территории.

В России, стране многонациональной, бок о бок с русским народом, самым многочисленным, жили другие народы, связанные с ним общностью исторических судеб. В западных и южных губерниях русское население соседствовало с украинским и белорусским. На огромных просторах от Волги до Восточной Арктики расселились тюркоязычные народы (татары, чуваши, башкиры, якуты и др.). Область распространения финно-угорских народов (мордвы, мари, коми, удмуртов) охватывала Поволжье, север Европейской России, Урал.

В религиозном отношении Россия тоже была неоднородна. Большинство населения придерживалось православной веры. От официального православия отделилось старообрядчество. В западных губерниях было распространено католичество, в Прибалтике — протестантство. Значительная группа народов (татары, башкиры, большинство горцев Кавказа) придерживалась ислама. Калмыки, кочевавшие в низовьях Волги, и буряты в Забайкалье исповедовали буддизм. Многие поволжские, северные и сибирские народы сохраняли традиционные родоплеменные (языческие) верования.

В дореформенной России господствовал сословный строй. Самым богатым, образованным и привилегированным сословием было дворянство. Важнейшей его привилегией было владение крепостными крестьянами. Их труд был главным источником дворянских доходов.

Ряд важных привилегий имело купечество. Оно было освобождено от некоторых податей и рекрутчины. Самые богатые купцы (первой гильдии) имели преимущественное право вести крупную внешнюю и внутреннюю торговлю. Купцы второй гильдии обладали привилегиями в крупной внутренней торговле, а третьей — в мелкой торговле. К числу привилегированных сословий относилось и духовенство.

В мещанстве состояло непривилегированное население городов — ремесленники, мелкие торговцы, наемные работники. В прежние времена всех их называли посадскими людьми. Мещане были обложены высокой податью, поставляли рекрутов в армию и не освобождались от телесных наказаний.

Самым многочисленным и угнетенным сословием было крестьянство. К середине XIX в. его численность составила более 30 млн. человек. Из них 15 млн. принадлежали к государственным крестьянам. На севере России и в Сибири они составляли большинство населения. Много государственных крестьян было и в центральных губерниях. В этот разряд были зачислены народы Поволжья (чуваши, мордва, мари, татары). Государственные крестьяне платили подати, терпели поборы и произвол властей. Но в сравнении с помещичьими крестьянами они жили свободнее и имели больше земли.

Крепостных крестьян, которых А.И. Герцен с горькой иронией называл «крещеной собственностью», насчитывалось более 14 млн. человек. В нечерноземных губерниях центральной России 2/3 населения было крепостным. В черноземной полосе помещикам принадлежало менее половины всех крестьян, а в Среднем Поволжье — около 1/3.

Расслоение крестьянства и зарождение товарных отношений в деревне сдерживались системой крепостничества, шли очень медленно и в начале XIX в. еще не имели необратимого характера. Одна и та же семья при жизни одного поколения могла пройти через несколько социальных групп — бедноты, середняков, богатых — и вернуться в исходное положение. Все зависело от соотношения едоков и работников. Молодая семья с большим числом малых детей билась в постоянной нужде. Когда дети подрастали и начинали работать, положение улучшалось. Но старел и умирал глава семьи, сыновья разделялись — и все начиналось сначала. Крестьяне, сильно разбогатевшие на торговле, выкупались на волю и переселялись в город. Плохих работников помещики старались сбыть в рекруты, а их семейства присоединить к другим дворам. Так «подравнивалось» население крепостной деревни.

Труд крепостных был малоэффективен. Крестьянина невозможно было заставить работать на помещика так же хорошо, как на себя. На своем участке крестьянин работал в два раза производительнее, чем на господском поле. Некоторые помещики пытались совершенствовать свое хозяйство (переходили от трехполья к многопольным севооборотам, выписывали из-за границы сельскохозяйственные машины). Но эти нововведения, основанные на труде крепостных, приносили мало пользы. Тем не менее помещичьи хозяйства были теснее связаны с рынком, чем крестьянские, продукция которых в основном шла на собственное потребление.

Особой группой крестьянства было казачество (1,5 млн. человек). Прошли те времена, когда казачья вольница причиняла властям крупные неприятности. В XVIII в. власти установили полный контроль над казачьими областями, а в XIX в. стали создавать новые казачьи войска для охраны границ. В казаки зачислялись помимо их воли лица других сословий, прежде всего государственные крестьяне. Так было образовано Сибирское казачье войско, а затем Забайкальское.

Казак являлся на службу со своей строевой лошадью, обмундированием и холодным оружием. Благодаря хорошей боевой подготовке и военным традициям казачьи части сыграли видную роль в Отечественной войне 1812 г. и в других войнах. Сохранялось их значение в охране внешних рубежей России.

Казаки отличались своеобразием своего быта, традиций, языка, фольклора. Они были трудолюбивы, гостеприимны, набожны (особенно старообрядцы), почтительны к старшим. В казачьей семье слово и воля родителей считались законом.

Сословный строй постепенно себя изживал — прежде всего в городах. Купечество уже не контролировало всю торговлю. К середине XIX в. в больших городах купцы 3-й гильдии растворились среди торгующих мещан и крестьян, мещанство перемешалось с пришлым крестьянством. Среди городского населения образовывались новые классы — буржуазия и пролетариат. Они формировались не на юридической, а на чисто экономической, имущественной основе, что характерно для капиталистического общества. В рядах предпринимательского (буржуазного) класса оказывались многие дворяне, купцы, разбогатевшие мещане и крестьяне. Среди рабочих преобладали крестьяне и городская беднота.

Слабым местом в экономике России были пути сообщения. В первой половине XIX в. основной поток грузов внутри страны двигался по рекам. В XVIII в. была построена Вышневолоцкая система каналов, связавшая с Петербургом реки Волжского бассейна. В 1810 г. открылся новый путь в том же направлении — Мариинская система. На следующий год стала действовать Тихвинская система.

Судоходство на юге и в центре страны, где реки были полноводны, глубоки и неторопливы, очень отличалось от судоходства на северных реках, мелких, узких и порожистых. Поэтому на юге и севере использовались разные типы судов. Местом перегрузки был Рыбинск. За одно судоходство товары с юга и востока редко успевали в Петербург — чаще зимовали в пути. По рекам в Петербург шли хлеб, лес, пенька, железо, в обратном направлении — изделия столичной промышленности и товары из-за рубежа.

В южных губерниях, где не было такого густого переплетения рек и озер, как на севере, грузы перевозились по грунтовым дорогам. «В степи кочующий обоз», запряженный медлительными волами, совершал свой путь в течение долгих месяцев. Весной и осенью грунтовые дороги становились непроходимыми. В середине XIX в. началось строительство шоссейных дорог. Они соединили важнейшие города Европейской России. В 1851 г. открылось движение на первой в России железной дороге, связавшей Петербург и Москву.

В местах пересечения торговых путей устраивались ярмарки. В 1816 г. сгорел волжский городок Макарьев и знаменитая Макарьевская ярмарка была перенесена в Нижний Новгород. Ежегодно в июле-августе сюда стекалось множество товаров, отечественных и зарубежных, из стран Европы и Востока, вплоть до Китая. Общая сумма проданного товара достигала нескольких миллионов рублей. Действовали и другие ярмарки — в Ростове Великом и в Ирбите (на Урале). На ярмарках и базарах Северного Кавказа встречались казаки, русские переселенцы, горцы, купцы из центральной России. Горские товары (скот, шерсть, кожи, ремесленные изделия) обменивались на зерно, ткани, чай, сахар.

И все-таки на ярмарки и торжища вывозились далеко не все товарные излишки, производившиеся в России. У помещиков и некоторых зажиточных крестьян скапливались нереализованные запасы хлеба за несколько лет. А между тем хлебный экспорт России оставался на одном уровне с начала и до середины XIX в..

В 1811 г. численность городского населения России составляла 2765 тыс. человек, или 6,6% всех российских жителей. Самым крупным городом был Петербург (335 тыс. жителей). В Москве насчитывалось 270 тыс. человек. Третьим по величине городом в России был Вильно (56 тыс.). В Сибири наиболее крупным городом был Тобольск (16 тыс.).

Многие малые города имели аграрный характер. Их жители пахали землю, держали скот. В среднерусских городах было развито садоводство. Такие города, как Волхов, Калуга, Путивль, Ржев, буквально утопали в садах. Преобладала деревянная застройка. Пожары, случалось, опустошали целые города.

Некоторые города (Петербург, Москва, Тула, Ярославль, Коломна. Кунгур и др.) выделялись большим количеством промышленных предприятий. В промышленности начиналась конкуренция между крепостным трудом и вольнонаемным. Первый использовался на старых уральских заводах, переживавших затяжной кризис, и в помещичьих мануфактурах. Второй применялся на мелких, но быстро развивавшихся предприятиях, которые открывали купцы, мещане, разбогатевшие крестьяне. К середине XIX в. доля вольнонаемных рабочих в русской промышленности составляла около половины от всего числа работающих. Но надо помнить, что вольнонаемным рабочим нередко был крепостной оброчный крестьянин. Кадры потомственных вольнонаемных рабочих были пока еще невелики.

Горнодобывающая и металлургическая промышленность размещалась, в основном, на Урале, Алтае и в Забайкалье. Основными центрами металлообработки и текстильной промышленности стали Петербург, Московская и Владимирская губернии, Тула. Особенно быстро развивалась текстильная промышленность. К концу 20-х годов Россия почти перестала ввозить ситец из-за рубежа. Но в целом отечественная промышленность, несмотря на природные богатства России, не удовлетворяла потребностей населения в промышленных товарах. В середине XIX в. Россия ввозила каменный уголь, сталь, химические продукты, льняные ткани.

На некоторых заводах началось применение паровых машин. В 1815 г. в Петербурге на машиностроительном заводе Берда был построен первый отечественный пароход «Елизавета». С середины XIX в. в России исподволь начался промышленный переворот.

Однако крепостническая система, всевластие бюрократии, плохое состояние путей сообщения — все это ограничивало развитие производительных сил страны и определяло тот замедленный темп экономической жизни, который так отличал Россию от стран Западной Европы.

 
Авторы: Боханов А.Н., Горинов М.М.
Из книги: «История России с начала XVIII до конца XIX века»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
Реклама
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст