История

Если завтра война...


Если завтра война...

К началу Великой Отечественной войны советский Черноморский флот являлся вторым по составу сил после Балтийского, но имел перед последним целый ряд преимуществ. Прежде всего это было связано с исторически сложившейся системой базирования. В отличие от балтийцев, которые почти все свои базы стали осваивать только в 1939 г., черноморцы свои получили в наследство еще от императорского флота и планомерно обустраивали их в течение последних двадцати лет. Проблемы, связанные с вновь включенными в состав Советского Союза западными регионами, черноморцев почти не коснулись: лишь подчиненная Черноморскому флоту Дунайская военная флотилия развернулась за пределами границ 1939 г.

Черноморский флот возглавлял Военный совет в составе командующего вице-адмирала Ф.С. Октябрьского, члена Военного совета дивизионного комиссара Н.М. Кулакова и начальника штаба контр-адмирала И.Д. Елисеева. Главной базой флота исторически являлся Севастополь. Кроме этого на театре имелись Одесская и Новороссийская. Главной базой Дунайской флотилии являлся Измаил. Кроме этого части флота базировались на Очаков и Поти, а в Феодосии находился полигон научно-исследовательского минно-торпедного института. В случае необходимости флот мог использовать в качестве маневренных баз порты Крымского и Кавказского побережий - Очемчири (база морпогранохраны), Сухуми, Геленджик, Анапу, Ялту, Ак-Мечеть.

Военно-воздушные силы флота располагали развитой аэродромной сетью на Крымском полуострове (23 сухопутных и 7 морских) и на юге Украины (21 сухопутный и 5 морских). На Кавказе и в недавно приобретенной Бессарабии аэродромов наоборот оказалось мало (17 сухопутных и 3 морских). Большая часть сухопутных аэродромов ВВС флота имела недостаточное оборудование, ко многим из них не было удобных подъездных путей. На аэродромах отсутствовали защищенные командные пункты, укрытия для самолетов и личного состава. Взлетно-посадочная полоса с твердым покрытием имелась только в Сарабузе.

К середине 1941 г. продолжалась реконструкция старых и строительство новых военно-морских баз и аэродромов. Готовность баз легких сил в Поти, подводных лодок в Южной бухте Севастополя и торпедных катеров в Очакове составляла 70-80 %. Реконструировалась главная база флота в Севастополе, разворачивалось строительство базы подводных лодок в Камышовой бухте. Незадолго до войны начались работы по возведению оградительных сооружений в Северной бухте Севастополя, по углублению Дунайских гирл, а также по строительству сухих доков для линейных кораблей в Инкермане (Севастополь) и Николаеве. Работы по оборудованию торговых портов под базы флота, за исключением Одессы, не велись.

Оборона морского побережья от возможных десантов противника осуществлялась флотом совместно с приморскими военными округами.

За оборону побережья от устья Дуная до Крымского перешейка отвечал командующий Одесским военным округом. От Крымского перешейка до устья реки Кача (включительно) и от Балаклавы до Керченского пролива - командующий 9-м стрелковым корпусом Одесского военного округа. Оборона участка Крымского побережья от устья р. Кача до Балаклавы (включительно) протяженностью 75 км возлагалась на береговую оборону Главной базы флота. Для этого в оперативное подчинение коменданту береговой обороны придавались 361-й стрелковый полк и два артиллерийских дивизиона 498-го гаубичного артиллерийского полка 156-й стрелковой дивизии 9-го стрелкового корпуса. За оборону всего Северо-Кавказского побережья от мыса Железный Рог до Адлера (включительно) ответственность нес командующий Северо-Кавказским, а за участок южнее Адлера до государственной границы с Турцией — командующий Закавказским военными округами. Кроме того, на Черноморском побережье находились береговые и морские части Черноморского и Грузинского округов пограничных войск НКВД.

На фоне Балтийского и Северного флотов Черноморский на 22 июня 1941 г. имел, пожалуй, наивысшую боевую готовность кораблей, частей и соединений. Это достаточно рельефно видно из доклада «Итоги боевой подготовки 1940 года и задачи на 1941 год», сделанного наркомом ВМФ адмиралом Н.Г. Кузнецовым на расширенном заседании Главного военного совета ВМФ 10 декабря 1940 г. Об этом говорит количество проведенных на флоте учений.

Причем в 1941 г. черноморцы уже в июне месяце провели совместные маневры с Одесским военным округом, то есть к середине года фактически вышли на уровень оперативно-тактической подготовки конца 1940 г.

На Черноморском флоте в 1940 г. больше, чем на других, провели учений по боевому управлению.

К 22 июня 1941 г. в первой линии находились линкор, два эсминца (12,5 %), 39 торпедных катеров (45 %), 19 подводных лодок (43 %). Еще шесть эсминцев (37,5 %), все канонерские лодки, 26 торпедных катеров (30 %), 11 подлодок (25 %) находились во второй линии. Четыре крейсера, четыре эсминца, две подлодки проходили организационный период в связи с вступлением в строй или выходом из ремонта. Остальные корабли основных классов находились вне линии, в основном в ремонте.

С началом военных действий все корабли, находившиеся в первой и второй линии, автоматически вошли в боевой состав. Тем более что, например, три крейсера имели солидный задел по итогам прошедшего учебного года. А «Ворошилов» вместе с линкором «Парижская коммуна» вообще были объявлены лучшими в ВМФ. Впрочем, в боевой состав включили и большинство кораблей, находившихся в организационном периоде, например крейсер «Молотов», только 14 июня официально вступивший в строй.

Находившиеся в строю корабли по техническому состоянию своих корпусов и механизмов, а также по уровню специальной подготовки личного состава могли решать большинство свойственных им задач. В частности, корабли эскадры, кроме вступивших в строй в 1941 г., выполняли артиллерийские стрельбы по видимым морским и береговым целям. Гораздо хуже обстояло дело со стрельбами по невидимым береговым целям, буквально несколько кораблей имели опыт выполнения стрельб с использованием корректировочных постов или самолета.

Корабельная зенитная артиллерия могла отражать атаки только одиночных горизонтально летящих самолетов. К отражению атак пикирующих бомбардировщиков и самолетов, применяющих противозенитный маневр, зенитчики подготовлены не были. Но все равно среди флотов по итогам 1940 учебного года Черноморский флот по артиллерийской подготовке занял общее первое место.

Крейсера и эскадренные миноносцы могли производить дневные и ночные одиночные торпедные атаки по цели, идущей прямым курсом и с постоянной скоростью. Торпедные катера типа Г-5 были подготовлены как к одиночным, так и групповым (в составе звена и отряда) дневным и ночным торпедным атакам.

По итогам 1940 учебного года Черноморский флот по минно-артиллернйской подготовке занял общее первое место.

Многие подводные лодки Черноморского флота просрочили межремонтные сроки, а план текущего ремонта в 1940-1941 гг. выполнялся не более чем на 50 %. Однако корабли находились в относительно хорошем техническом состоянии — сказывались благоприятные климатические условия. Личный состав подводных сил был подготовлен для решения боевых задач одиночными лодками только в простых условиях. Практически не отрабатывалось взаимодействие подлодок с другими силами флота, особенно с авиацией. В целом качество боевой подготовки черноморских подводников могут характеризовать следующие цифры.

Материальная часть авиации флота хотя и была устаревшей, но поддерживалась в хорошем состоянии, а самолетный и моторный ресурсы соответствовали нормам, определяемым наставлением эксплуатационно-технической службы 1940 г.

Авиационные части имели в основном подготовленный летный и технический состав. Летчиков второго года службы и старше в истребительной и минно-торпедной авиации насчитывалось более двух третей, в бомбардировочной — около трех четвертей, в разведывательной — примерно половина состава. Всего в ВВС флота имелось 654 летчика, в том числе 232 — первого года службы. Из летчиков первого года службы 148 были подготовлены к действиям в составе звена днем по примеру ведущего, остальные находились в процессе обучения. Из 422 летчиков, прослуживших более года, 200 человек были подготовлены для ночных полетов, остальные — только днем в несложных метеоусловиях на высотах от 5 до 9 тысяч м. Наиболее хорошо к ночным полетам оказались подготовлены разведывательные части. Переданная в состав ВВС 6-я бомбардировочная авиационная эскадрилья войск НКВД оказалась небоеспособной.

Летный состав бомбардировочной авиации недостаточно отработал маневрирование звена и эскадрильи в зоне зенитного огня, над целью, при отражении атак истребительной авиации противника на маршруте, при подходе к цели. Отсутствовала тренировка в длительных полетах по маршруту, в составе смешанных больших групп, с применением оружия на незнакомом полигоне. Недостаточно была отработана техника пилотирования при полетах в облаках с использованием средств радионавигации. Имели место упрощенчество и условности в бомбардировочной и торпедной подготовке при отработке действий по кораблям в море, слабая отработка низкого торпедометания и недостаточная подготовка экипажей для действий на сухопутном направлении, а также слабая отработка взаимодействия с войсками. Взлет и посадка с ограниченной полосы аэродрома, как правило, в мирное время не отрабатывались, что заставило приобретать этот опыт уже при дислокации частей на оперативные аэродромы.

В истребительной авиации недостаточно отрабатывались элементы воздушного боя звеном и группой, вопросы прикрытия бомбардировщиков истребителями, базирующимися на разные аэродромы. Недостаточной оказалась практика ночных полетов, полетов в лучах прожекторов и взаимодействие с системой противовоздушной обороны.

Все эти недостатки в летной подготовке явились результатом того, что сложные виды полетов командирами частей и соединений, командованием военно-воздушных сил планировались нехотя, носили эпизодический характер или совсем не проводились.

Военно-воздушные силы флота могли решать следующие основные задачи:

— наносить бомбовые и торпедные удары по кораблям и судам противника в море как самостоятельно, так и во взаимодействии с надводными кораблями в простых условиях;

— наносить бомбовые удары по портам и военно-морским базам, а также по кораблям и судам, находившимся в них (днем в составе до полка, в ясную лунную ночь — небольшими группами и одиночными самолетами);

— ставить активные минные заграждения одиночными самолетами и небольшими группами;

— прикрывать военно-морские базы и аэродромы, а также корабли и суда в прибрежных районах;

— вести воздушную разведку кораблей в море и слабо прикрытых военных объектов на суше.

Береговая артиллерия флота имела хороший уровень боевой подготовки и могла эффективно поражать видимые морские цели и вести огонь на сухопутном направлении. Вопросы взаимодействия стрелковых частей береговой обороны с кораблями и частями береговой артиллерии перед войной не отрабатывались.

Боевая подготовка сил и средств противовоздушной обороны Черноморского флота в целом признавалась удовлетворительной и обеспечивала решение задач в несложной обстановке. Но в силу сравнительно короткого времени совместной подготовки истребительной авиации с наземными средствами ПВО вопросы их взаимодействия отработаны не были. Кроме того, штабы частей ПВО оказались не в состоянии управлять силами и средствами противовоздушной обороны в сложных условиях обстановки.

Для оценки общего состояния Черноморского флота в канун войны нельзя обойти вниманием вопрос материальной базы судоремонта на театре. К началу Великой Отечественной войны положение с материально-техническим обеспечением военного судоремонта по сравнению с предыдущими годами несколько улучшилось. Из двадцати судоремонтных предприятий ВМФ, находившихся в подчинении флотов и флотилий, три располагались на Черном море.

Кроме указанных судоремонтных предприятий, ВМФ располагал целой сетью мелких базовых мастерских, находившихся в распоряжении командиров объединений и соединений флотов. Они также получили свое значительное развитие буквально в последние предвоенные годы.

Когда заходит речь о судоремонте в годы войны, базовые мастерские как бы остаются в тени, но их роль в поддержании сил флота в боевой готовности невозможно переоценить, так как без них судоремонтные предприятия флотов и флотилий просто бы «захлебнулись».

Директивой наркома ВМФ от 26 февраля 1941 г. на случай начала войны перед Черноморским флотом ставились следующие задачи:

— обеспечить господство советского флота на Черном море;

— активными минными постановками и действиями подводных лодок не допустить прохода флота враждебной коалиции в Черное море;

— не допустить подвоза через Черное море войск и боевого снаряжения в порты Румынии, Болгарии и Турции;

— не допустить высадки морских десантов на советское побережье Черного моря;

— в случае выступления Румынии уничтожить ее флот и прервать морские коммуникации;

— не допустить действия кораблей противника против нашего побережья;

— быть готовым к высадке тактических десантов;

— блокировать побережье Румынии, включая устье Дуная, и уничтожить или захватить румынский флот;

— содействовать левому флангу Красной Армии для форсирования р. Дунай и при дальнейшем продвижении вдоль побережья Черного моря;

— осуществлять противовоздушную оборону Главной военно-морской базы и Керченского сектора береговой обороны.

Перед Дунайской военной флотилией стояли следующие задачи:

— не допустить форсирования противником р. Дунай на участке от устья р. Прут до устья Килийского гирла р. Дунай;

— не допустить прохода кораблей и судов противника на участке Рени — устье Килийского гирла;

— оказать содействие сухопутным войскам в отражении возможного удара противника с направления Галац на Джурджулешть.

Даже беглого взгляда на состав и состояние военно-морских сил на Черном море достаточно, чтобы понять полное превосходство советского Черноморского флота на театре. Единственным слабым местом являлся Дунай, где румыны располагали более мощными мониторами, — однако там это отчасти компенсировалось наличием бронекатеров. Во всех случаях Черноморский флот должен был по оценке командования ВМФ надежно решить все поставленные перед ним задачи.

Имевшиеся средства береговой обороны обеспечивали надежное прикрытие с моря пунктов базирования флота и его развертывание в мобилизационный период. Предусмотренная мобилизация судов гражданских ведомств должна была усилить флот малыми боевыми кораблями и вспомогательными судами. Наличие на театре крупных судостроительных заводов позволяло в первые месяцы войны ввести в строй ряд боевых кораблей, постройка которых заканчивалась. Те же Николаевские заводы вместе с Севморзаводом в Севастополе должны были гарантированно обеспечить все виды ремонта, в том числе боевого и любой сложности.

Даже ВВС Черноморского флота, несмотря на то, что основу их парка составляли морально устаревшие машины, выглядели внушительно. Нельзя забывать, что качественно советские самолеты уступали германским — но отнюдь не румынским. ВВС одного Черноморского флота количественно превосходили всю авиацию Румынии, а качественно ей как минимум не уступали.

 
Автор: историк Андрей Платонов
Из книги: «Борьба за господство на Черном море»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
Реклама
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст