Духовная жизнь

Примеры истинного покаяния


фотоавтор фото: Aleksander Wasyluk
источник фото: orthphoto.net

В ком нет сокрушения о грехах, тот не вполне чувствует себя грешником, не вполне сознает, что грех есть величайшее зло, величайшее оскорбление Господа Бога.

I. Мытарь, когда вполне сознавал себя грешником и очей своих не смел возвести к Господу, а только бил себя в перси и взывал из глубины души: «Боже, милостив буди мне грешному!» Так истинные христиане, сознавая себя грешниками, сознавая, что грех есть величайшее оскорбление Господа, непрестанно сокрушались о грехах своих.

II. Преподобный Емилиан, живши в Риме, большую часть жизни проводил во грехах; но однажды он внезапно почувствовал желание оставить греховную жизнь. С этой целью он удалился в монастырь и долгое время подвизался в посте, молитве и умерщвлении плоти. Не ограничиваясь исполнением обыкновенных подвигов иноческого жития, каждую ночь он удалялся из монастыря в уединенную пещеру и там со слезами оплакивал грехи юности своей. Настоятель монастыря, желая узнать, куда уходит инок, однажды пошел вслед за ним и вот видит Емилиана, стоящего на молитве и осиянного необычайным светом; потом слышит глас Божий: «Емилиане! отпущаются тебе грехи твои!» Настоятель, придя в монастырь, поведал братии о виденном и слышанном и притом сказал: «Нас ради глас был с небеси, и послал Господь световидную милость Свою, чтобы мы знали, что воистину недалеко Бог от кающихся, что ждет он нашего обращения, да наследники жизни вечной будем» (Житие преподобного Емилиана, 7 марта).

III. Покаявшийся разбойник. «Пришедши в некоторое общежитие, видел я, — говорит св. Иоанн Лествичник, — страшное судилище доброго судьи и пастыря. В мою бытность там случилось, что один разбойник пришел, изъявляя желание вступить в монашество. Превосходный пастырь и врач обители велел ему семь дней оставаться в совершенном покое и только рассматривать устроение обители. По прошествии седьмого дня пастырь призывает его и спрашивает наедине, желает ли он остаться с ними жить. И увидев, что он со всей искренностью согласился, опять спрашивает его, что он сделал худого, живя в мире. Разбойник немедленно и со всем усердием исповедал ему все грехи свои; тогда пастырь, искушая его, сказал: «Хочу, чтобы ты объявил это перед всем братством». Он же, истинно возненавидев грех свой и презрев весь стыд, без сомнения обещал исполнить это: «Если хочешь, то сделаю это даже посреди Александрии». Тогда пастырь собрал в церковь всех овец своих, которых было триста тридцать, и во время совершения Божественной литургии (ибо день был воскресный), по прочтении Евангелия, повелел ввести сего, уже непорочного, осужденника. Некоторые из братий влекли его и слегка ударяли; руки у него были связаны сзади; он был одет в волосяное вретище, и глава его была посыпана пеплом; так что от одного этого зрелища все ужаснулись и воскликнули с плачем, ибо никто не знал, что все это значит. Потом, когда он был близ святых дверей, священный и человеколюбивый судья воззвал к нему громким голосом: «остановись, ибо ты недостоин войти сюда!» Пораженный нисшедшим к нему из алтаря гласом пастыря (ибо, как он после с клятвой уверял нас, ему казалось, что он слышит гром, а не голос человеческий), разбойник пал на землю, трепеща, и был потрясен весь страхом. Когда он, таким образом повергшись на землю, омочил помост слезами, тогда сей чудный врач, который всеми мерами устраивал его спасение и всем подавал образ спасения и действительного смирения, повелел ему объявить перед всеми подробно все сделанные им беззакония. Это он и исполнил: с трепетом исповедал все грехи свои, один за другим; грехи, могущие всякого слышащего привести в ужас; не только плотские грехи, но и отравления, и убийства, и другие злодеяния, которых не следует ни слышать, ни предавать писанию. Тотчас после сей исповеди, пастырь повелел его постричь и причислить к братии.

Удивляясь премудрости сего преподобного, я спросил его наедине: для чего он употребил столь странный образ покаяния? «По двум причинам, — отвечал сей истинный врач, — во-первых, для того, чтобы исповедавшегося настоящим посрамлением избавить от будущего; во-вторых, как в числе братий моих есть и такие, которые имеют согрешения, необличенные исповеданием, то я хотел этим примером побудить их к исповеданию, без которого никто не может получить прощения» (св. Иоанн Лествичник. Лествица, 4. О послушании, 11, 12. С. 32-34).

IV. Св. мученица Евдокия. В Финикии Ливанской, соседней с иудейской страной, в городе Илиополе, в начале II века, жила самарянка Евдокия, которая известна была не только в своем городе, но и далеко окрест как своей красотой, так и своим беспутством. Распутством своим она собрала большие сокровища и жила, по-видимому, в полном довольстве, прилагая ежедневно грехи ко-грехам.  Очевидно, ни к чему доброму не могла привести такая жизнь: великая грешница погибала. Но вот однажды ночью, почивая в своей горнице, Евдокия в тиши ночной вдруг услышала за тонкой стеной своей опочивальни чей-то голос; вслушалась в читаемое, и ей услышались какие-то слова о грешниках и о праведниках, о суде Божием над теми и другими и проч. А это молился и читал в соседней комнате случайно зашедший к своему знакомому на ночлег по пути в свою обитель некий инок Герман. Подкрепив себя несколько ночным сном, Герман, по своему обычному правилу, встал рано утром на молитву, и после молитвы читал какую-то священную книгу, в которой, между прочим, говорилось и о суде Божием над людьми грешными и праведными. Эти-то слова инока Германа и слышала Евдокия: они-то глубоко запали в ее душу, пробудили в ней совесть и вызвали в ней душевное беспокойство.

Не может заснуть Евдокия и с нетерпением ожидает утра, чтобы порасспросить обстоятельно, кто и что читал в соседней комнате. Настало утро. Евдокия зовет к себе незнакомого ей странника, расспрашивает, кто он и что читал, выслушивает от Германа обстоятельно евангельский рассказ о том, как Господь будет судить во время Своего Второго Пришествия всех людей, и праведников и грешников, и какая участь ожидает и тех и других. Изображение суда Божия сильно поразило душу грешницы-язычницы. Она приходит в раздумье, начинает воздыхать и плакать. Раскрывши свою душу перед смиренным иноком, она, наконец, просит у него наставления, что ей делать. После продолжительной беседы, по совету инока, она привела к себе пресвитера, с которым также вела продолжительную беседу о вере Христовой и спасении; по его совету и по совету Германа провела она семь дней в уединенном размышлении о своих грехах, в посте и молитве, и затем приняла крещение.

Узнавши из беседы с иноком Германом, высоту иноческой пустынной жизни, она раздала все свои сокровища нищим и убогим и ушла в пустыню, в одну из иноческих обителей; там она достигла равноангельского совершенства и сподобилась дара чудотворения. Через 56 лет по своем крещении  она сподобилась и венца мученического. Так чудно, так неожиданно призвана была к спасению великая грешница-язычница Евдокия; так чудно она начала и совершила святую и подвижническую жизнь свою (Четьи-Минеи, 1 марта).

V. Преподобная Мария Египетская как высокий образец покаяния. В молодости своей Мария Египетская была весьма красива. Но увы! Эта райская красота довела ее в нашем греховном мире до края погибели. Будучи соблазнена одним молодым человеком, двенадцати лет она потеряла драгоценное сокровище женщины — целомудрие — и пала в разврат. Чем дальше, тем глубже она погружалась в плотскую нечистоту.  Она не пропускала ни одного случая ко-греху, она не могла уже ни о чем другом думать, как только о своей любимой страсти.  Она вся превратилась в огонь и на этом огне медленно истаивала и разрушалась. Так прожила она 17 лет!.. Находясь однажды при море, она увидела корабль, плывший в Иерусалим к празднику Воздвижения Животворящего Креста Господня. Увидев на корабле много молодых людей, она тотчас возжелала завлечь их в свои сети. Она упросила принять ее на корабль. И, о ужас! Не взирая на то, что корабль плыл в такое святое место, как Иерусалим с Голгофой и Гробом Господним, и к такому честному празднику, как Воздвижение Креста Господня, Мария совершала на корабле с молодыми людьми такие срамные дела, что надобно удивляться, как это море не расступилось и не поглотило корабль... Но какой грех может превзойти долготерпение и человеколюбие Божие!..

Из какого греха не силен Бог исторгнуть человека, если, несмотря на всю гнусность его, в глубине сердца его все-таки теплится еще искра умиления, доброты, любви!.. И Бог исторг Марию из ее греховной скверны.

Прибыв в Иерусалим и увидев, что весь народ направился к храму, Мария тоже направилась туда. Но лишь только она приблизилась к дверям храма, какая-то невидимая сила задержала ее. Сколько ни старалась она, но не могла войти в храм. Тогда-то впервые коснулась души ее Божественная благодать. У пристыженной и посрамленной в первый раз заструились по лицу тепловатые, а потом и горячие слезы раскаяния и нескончаемой скорби.  Отойдя в сторону, она глубоко задумалась.  О чем думала она, она и сама еще точно не знала - о чем думать и как быть. Но если Бог нашел ее по милости Своей достойной однажды коснуться Своей благодатью и помощью, то Он и впредь не оставит ее. Подняв глаза, Мария невольно увидела на церковной стене икону Богоматери. Святой и кроткий лик Богоматери как бы призывал ее к Себе. Мария упала перед иконой на колени и со слезами на глазах воскликнула: «Мати Божия! Тяжки грехи мои! Знаю, что мне место не в святом храме, а в аду! Но Ты, Всеблагая, не презри моего первого раскаяния и помоги мне перед Богом, Сыном Твоим! Отныне я буду жить только для Него и для Тебя!..»

Слезы давили ее и не давали говорить. Но нужно ли было говорить больше? Не сказано ли здесь все, что можно было и следовало сказать в это время Марии?

Встав после молитвы, Мария снова подошла к дверям храма. Невидимая прежняя сила не удерживала ее, она свободно вошла в храм и поклонилась Честному Кресту Христову. Дух умиления и благодарности снова объял ее... Она возвращается к иконе Богоматери, дает перед нею обет всегда принадлежать и служить одному Богу.  Уходит в Иорданскую пустыню, где проводит в молитвах и подвигах -  47 лет!  Сорок семь лет она не видела ни одного лица человеческого!  Сорок семь лет она кормилась лишь крупицами взятых с собой в пустыню нескольких хлебов и травами!   Сорок семь лет она жила не в доме, но под открытым небом, терпя солнечный жар, летний дождь и зимний холод!

Нетрудно себе представить, чего стоило все это для ее тела, привыкшего к уютности и сладостям. И каких бед она не вытерпела от страстей своих и от врага рода человеческого! Когда она ела крупицы своего хлеба, ей хотелось мяса и рыбы, едимых ею в Египте, и вина, вкушаемого прежде. Когда она начинала молиться, ей приходили в голову срамные песни, которые она распевала когда-то. Страсти как бы огнем разжигали ее и влекли к греховной прежней жизни. Так прошло 17 лет. Но Мария боролась и устояла. Тогда тихий, сладкий свет осиял ее душу, и великая тишина водворилась в ней на месте прежней бури. Враг рода человеческого был посрамлен и уже не смел приблизиться к ней. Вся душа и все тело ее очистились и освятились, и потому на ум ей не приходили более никакие дурные мысли, в сердце ее не появлялись никакие скверные желания. Подвизаясь далее еще 30 лет, Мария достигла такой святости и чудесности, что переходила реку Иордан, как посуху.  Во время молитвы возносилась от земли в воздух, знала хорошо Священное Писание, хотя никогда не училась ему, знала, что совершается вдали от нее, могла предсказывать будущее, тело ее походило больше на дух, чем на плоть.

Когда наступило время кончины ее, Мария возымела желание причаститься Тела и Крови Христовой. Тогда Бог послал ей в пустыню некоего священника по имени Зосима. Она упросила этого старца принести ей Тело и Кровь Христову. Приобщившись Святых Тайн, Мария просила Зосиму прийти к ней через год. Пришедши через год, Зосима увидел какой-то необычайный свет, освещающий одно место в пустыне. Приблизившись к этому месту, Зосима увидел там умершую Марию. Ангелы вознесли святую душу ее на небеса. Наплакавшись довольно и возблагодарив Бога, удостоившего его видеть не известную ни одному человеку в мире святую и послужить ей, Зосима задумался о том, чем же ему вырыть могилу для погребения почившей. Тогда из пустыни выбежали два льва, которые своими когтями вырыли яму и снова убежали в пустыню. Снова возблагодарив Бога, Зосима благоговейно отпел псалмы и другие священные песни, смиренно поднял святую и опустил в могилу...

Сколь многому поучает нас рассказанная история:

а) Как бы глубоко ни погряз человек в греховной нечистоте, он никогда не должен отчаиваться, но всегда должен надеяться на обращение и лучшую жизнь.

б) Если человек будет всеми силами стараться и крепко верить в помощь Божию, то он может не только оставить путь греха, но даже достигнуть высокой степени святости.

в) Хотя обращающемуся грешнику приходится терпеть много соблазнов и искушений, приходится выдерживать много борьбы со своими похотями и страстями, но если он победоносно снесет их, то совершенное спокойствие наполнит его душу и небесный свет осияет его внутреннее существо.

г) Чем дальше, тем легче и сладостнее будет для него святая жизнь, пока наконец он не перейдет в жизнь загробную, где нет ни печали, ни воздыхания, но жизнь бесконечная (Четьи-Минеи, 1 апреля).

После смерти нет покаяния

(Из творений св. Тихона Задонского)

«Видиши, что всему свое время определено, якоже глаголет Екклесиаст: всем время и время всякой вещи под небесем (Еккл. 3, 1). Птицы в свое время гнезда строют и детей плодят; скоты и звери в свое время сходятся и рождают; рыбы также в свое время; древы и травы в свое время одеваются листвою, цветут и прозябают плоды; земледельцы в свое время пашут, сеют и собирают плоды: всякой вещи свое время определил Создатель Бог наш.

Сим научаемся, что и нам Бог время свое определил к исканию вечного спасения. Время сие есть настоящее время, дондеже днесь нарицается, дондеже в мире сем находимся, дондеже живем и путники есмы. Сие время определено нам к исканию спасения, которое Христос, Сын Божий, Кровью Своей заслужил. Откуда сие время уподобляется в Писании времени сеяния: еже сеет человек, тожде и пожнет. Ибо сеяй в плоть свою, от плоти пожнет истление: а сеяй в дух, от духа пожнет живот вечный (Гал. 6, 7-8)... Будет время, когда никто не получит того, хотя со слезами и воздыханием поищет. Как и земледельцы несмысленные, пропустивши время удобное, хотя и сеют, но погубляют семя, яко не в то время, когда должно, сеют, так и несмысленые грешники будут некогда искать спасения, но не получат того, яко тогда будет время суда, а не покаяния.

Ныне время сеять, искать, просить, толкать в двери милосердия Божия, когда Бог обещал услышать и помогать: и слушает и помогает. Во время благоприятно послушал тебе и в день спасения помогал ти. Се ныне время благоприятно, се ныне день спасения (2 Кор. 6, 2). Ныне всяк просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется,, глаголет Христос (Мф. 7, 8). Тогда того не будет.

«Я и при смерти могу покаяться», — отвечает иной. Можешь с таким покаянием и в ад пойти.  О, человече, тогда ли хочешь каяться, когда время предстает покаяния и наступает время суда и истязания? Тогда ли хочешь к Богу обратиться, когда Бог тебя к ответу зовет? Тогда ли хочешь искать, когда время уже уходит? Бесспорно, что должно и при смерти каяться, наипаче и молиться, и Бога с усердием призывать, яко тогда наипаче подвиг великой души бывает; но до смерти отлагать покаяние есть прелесть ума, нерадение о спасении и кознь дьявола, который таковую мысль в сердце человека влагает и научает закон Божий бесстрашием нарушать, Бога прогневлять и покаяние день ото дня отлагать, чтобы так человека лестно погубить. Сего ради, когда хочешь блаженно умереть, таков ныне будь, каков быть при смерти желаешь. Рассуждай о мирских вещах, чести, славе, богатстве и роскоши ныне так, как умирающие рассуждают, которые все тогда оставляют.

Берегись греха, и о сделанном этом жалей ныне так, как тогда берегутся и жалеют. Хочешь тогда отпущение грехов от Бога во имя Христово получить — ныне о том старайся. Хочешь милость у Бога тогда получить — ныне той ищи.

Но кто милость у милостивого Бога хочет получить, тот перестает Бога прогневлять и о прежнем бесстрашии жалеет. Тот же перестает Его прогневлять, кто перестает грешить и плоды покаяния творит.

Рассуждай сие, грешная душа, и внимай, что Предтеча сказал: уже секира при корени древа лежит: всяко убо древо, еже не творит плода добра, посекаемо бывает и во огнь вметаемо (Мф. 3, 10). Видишь, куда грешники, не творящие плодов покаяния, определяются: посекаются, как древеса бесплодные, секирой суда Божия и в огонь вечный, как дрова, ввергаются» (св. Тихон Воронежский. Воскресные Чтения, 1870-1871. Кн. I, с. 529-532).

Восемь главных страстей с их подразделениями и отраслями

1. Чревообъядение

Объедение, пьянство, нехранение и разрешение постов, тайноядение, лакомство, вообще нарушение воздержания. Неправильное и излишнее любление плоти, ее живота и покоя, из чего составляется самолюбие, от которого нехранение верности к Богу, Церкви, добродетели и людям.

2. Любодеяние

Блудное разжжение, блудные ощущения и положения души и сердца. Принятие нечистых помыслов, беседа с ними, услаждение ими, соизволение им, медление в них. Блудные мечтания и пленения. Нехранение чувств, в особенности осязания, в чем дерзость, погубляющая все добродетели. Сквернословие и чтение сладострастных книг. Грехи блудные естественные: блуд и прелюбодеяние. Грехи блудные противоестественные.

3. Сребролюбие

Любление денег, вообще любление имущества движимого и недвижимого. Желание обогатиться. Размышление о средствах к обогащению. Мечтание богатства, опасения старости, нечаянной нищеты, болезненности, изгнания. Скупость. Корыстолюбие. Неверие Богу, неупование на Его Промысел. Пристрастие или болезненная излишняя любовь к разным тленным предметам, лишающая душу свободы. Увлечение суетными попечениями. Любление подарков. Присвоение чужого. Лихва. Жестокосердие к нищей братии и ко всем нуждающимся. Воровство. Разбой.

4. Гнев

Вспыльчивость, принятие гневных помыслов: мечтание гнева и отмщения, возмущение сердца яростью, помрачение ею ума.  Непристойный крик, спор, бранные, жестокие и колкие слова, ударение, толкание, убийство. Памятозлобие, ненависть, вражда, мщение, оклеветание, осуждение, возмущение и обида ближнего.

5. Печаль

Огорчение, тоска, отсечение надежды на Бога, сомнение в обетованиях Божиих, неблагодарение Богу за все случающееся.   Малодушие, нетерпеливость, несамоукорение, скорбь на ближнего, ропот, отречение от креста, покушение сойти с него.

6. Уныние

Леность ко всякому доброму делу, в особенности к молитвенному.  Оставление церковного и келейного правила.  Оставление непрестанной молитвы и душеполезного чтения. Невнимание и поспешность в молитве. Небрежение. Неблагоговение. Праздность. Излишнее успокоение сном, лежанием и всякого рода негою. Перехождение с места на место. Частые выходы без нужды, праздные прогулки и посещения друзей. Празднословие. Шутки. Кощунства, оставление поклонов и прочих подвигов телесных. Забвение грехов своих. Забвение заповедей Христовых. Нерадение. Пленение. Лишение страха Божия, ожесточение. Нечувствие. отчаяние.

7. Тщеславие

Искание славы человеческой, хвастовство. Желание и искание земных и суетных почестей. Любление красивых одежд, экипажей, прислуги и келейных вещей. Внимание к красоте своего лица, приятности голоса и прочим качествам тела. Расположение к наукам и искусствам гибнущим сего века, искание успеть в них для приобретения временной, земной славы. Стыд исповедовать грехи свои. Скрытие их перед людьми и отцом духовным. Лукавство. Самооправдание. Прекословие. Составление своего разума. Лицемерие. Ложь. Лесть. Человекоугодие. Зависть. Уничижение ближнего. Переменчивость нрава. Потворство. Бессовестность. Нрав и жизнь бесовские.

8. Гордость

Презрение ближнего. Предпочтение себя всем. Дерзость. Омрачение, дебелость ума и сердца. Пригвождение их к земному. Хула. Неверие. Лжеименитый разум. Непокорность закону Божию и Церкви. Последование своей плотской воле. Чтение книг еретических, развратных и суетных. Неповиновение властям. Колкое насмешничество. оставление христоподражательного смирения и молчания. Потеря простоты. Потеря любви к Богу и ближнему. Ложная философия. Ересь. Безбожие. Невежество. Смерть души.

О добродетелях, противоположных восьми главным греховным страстям

1. Воздержание

Удержание от излишнего употребления пищи и питания, в особенности от употребления в излишестве вина. Хранение точное постов, установленных Церковью.  Обуздание плоти умеренным и постоянно одинаковым употреблением пищи, от чего начинают ослабевать вообще все страсти, а в особенности самолюбие, которое состоит в бессловесном люблении плоти, жизни и покоя.

2. Целомудрие

Уклонение от всякого рода блудных дел. Уклонение от сладострастных бесед и чтения, от произношения сладострастных, скверных и двусмысленных слов. Хранение чувств, особенно зрения и слуха, и еще более осязания. Скромность. Отвержение помышлений и мечтаний блудных. Молчание. Безмолвие. Служение больным и увечным. Воспоминание о смерти и аде. Начало целомудрия — ум, не колеблющийся от блудных помыслов и мечтаний; совершенство целомудрия — чистота, зрящая Бога.

3. Нестяжание

Удовлетворение себя одним необходимым. Ненависть к роскоши и неге. Милосердие к нищим. Любление нищеты евангельской. Упование на Промысел Божий. Последование Христовым заповедям. Спокойствие и свобода духа и беспопечительность. Мягкость сердца.

4. Кротость

Уклонение от гневливых помыслов и от возмущения сердца яростию. Терпение. Последование Христу, призывающему ученика Своего на крест. Мир сердечный. Тишина ума. Твердость и мужество христианские. Неощущение оскорблений. Незлобие.

5. Блаженный плач

Ощущение падения, общего всем человекам, и собственной нищеты душевной. Сетование о них. Плач ума. Болезненное сокрушение сердца. Прозябающая от них легкость совести, благодатное утешение и радование. Надежда на милосердие Божие. Благодарение Богу в скорбях, покорное их перенесение от зрения множества грехов своих. Готовность терпеть. Очищение ума, облегчение от страстей. Умерщвление миру. Желание молитвы, уединения, послушания, смирения, исповедания грехов своих.

6. Трезвение

Усердие ко всякому доброму делу. Неленостное исправление церковного и келейного правила. Внимание при молитве. Тщательное наблюдение за всеми делами, словами и помышлениями и чувствами своими. Крайняя недоверчивость к себе. Непрестанное пребывание в молитве и слове Божием. Благоговение. Постоянное бодрствование над собою. Хранение себя от многого сна и изнеженности, празднословия, шуток и острых слов. Любление нощных бдений, поклонов и прочих подвигов, доставляющих бодрость душе. Редкое, по возможности, исхождение из келий (для монашествующих). Воспоминание о вечных благах, желание и ожидание их.

7. Смирение

Страх Божий. Ощущение его при молитве. Боязнь, рождающаяся при особенно чистой молитве, когда особенно сильно ощущаются присутствие и величие Божие, чтоб не исчезнуть и не обратиться в ничто. Глубокое познание своего ничтожества. Изменение взора на ближних, причем они без всякого принуждения кажутся так смирившемуся превосходнее его по всем отношениям. Явление простодушия от живой веры. Ненависть к похвале человеческой. Постоянное обвинение и укорение себя. Правота и прямота. Беспристрастие. Мертвость ко всему. Умиление. Познание таинства, сокровенного в Кресте Христовом. Желание распять себя миру и страстям, стремление к этому распятию. Отвержение и забвение льстивых обычаев и слов, скромных по принуждению, или умыслу, или навыку притворяться. Восприятие разума евангельского и отвержение премудрости земной, как непотребной пред Богом (Лк. 16, 15). Оставление словооправдания. Молчание перед обижающими, изученное в Евангелии. Отложение всех собственных умствований и приятие разума евангельского. Низложение всякого помысла, взимающегося на разум Христов. Смиренномудрие или духовное рассуждение. Сознательное во всем послушание Церкви.

8. Любовь

Изменение во время молитвы страха Божия в любовь Божию. Верность Господу, доказываемая постоянным отвержением всякого греховного помысла и ощущения. Несказанное, сладостное влечение всего человека любовию к Господу Иисусу Христу и к поклоняемой Святой Троице. Зрение в ближних образа Божия и Христа. Проистекающее от этого духовного видения предпочтение себе всех ближних, благоговейное почитание их о Господе. Любовь к ближним - братская, чистая, ко всем равная, радостная, беспристрастная, пламенеющая одинаково к друзьям и врагам. Восхищение в молитву и любовь ума, сердца и всего тела. Несказанное наслаждение тела радостию духовною. Упоение духовное. Расслабление телесных членов при духовном утешении (св. Исаак Сирский. Слово 44). Бездействие телесных чувств при молитве. Разрешение от немоты сердечного языка. Прекращение молитвы от духовной сладости. Молчание ума. Просвещение ума и сердца. Молитвенная сила, побеждающая грех. Мир Христов. Отступление всех страстей. Поглощение всех разумений превосходящим разумом Христовым. Богословие. Познание существ бестелесных. Немощь греховных помыслов, не могущих изобразиться в уме. Сладость и обильное утешение при скорбях. Зрение устроений человеческих. Глубина смирения и уничиженнейшего о себе мнения...

Милость Божия к покаявшейся грешнице за ее милосердие

Одна знатная женщина, по смерти своего мужа, приведя себе на память все свои грехи и вспомянув час смертный и страшный суд Божий, поклонившись ему, сказала: «По вере пришла я к твоей святыне, честный отче: я хочу исповедать перед тобой все грехи мои».

Когда же старец не соглашался на это и говорил: «Мне (как монаху) не следует слушать о женских делах, дитя мое», женщина сказала: «Отче святый! Господь Иисус Христос, истинный Бог наш, облекшийся в наш образ, не отринул пришедшей к Нему блудницы, которая со слезами лобызала честные Его ноги и исповедовала Ему свои грехи; а ты, отче, отгоняешь меня в то время, когда я хочу покаяться и спастись!»

Выслушав это, старец сказал ей в ответ: «Если так, чадо, и если ты по вере пришла к моему недостоинству, то пойдем в церковь: исповедуй там с сердечным сокрушением многомилостивому Человеколюбцу Богу деяния твои, причем и я, грешный старец, услышу их».  Они оба пришли в церковь, и женщина, сделав поклон, стала молча. «Что с тобой, чадо? — сказал ей старец. — С раннего утра ты понуждала смирение мое, чтобы принять тебя на исповедь, а теперь ничего не говоришь?» «Не смею высказать, честный отче, — отвечала женщина, — меня смущает непристойный помысел». В таком случае, напиши мне его на бумаге, — сказал он, — а я прочту его перед лицом Господа Бога, прощающего по Своей великой милости наши согрешения».

«И этого сделать я не в силах: так велики мои грехопадения», — отвечала грешница. «Если и этого не можешь сделать, — продолжал старец, — то я вот что сделаю: буду напоминать тебе по одному все грехи, какие бывают в жизни людей», — и он стал ее спрашивать: «Не сделала ли ты то и то?»

Но женщина на все его вопросы отвечала: «По милости Божией и за твои святые молитвы я ничего такого не сделала; мои грехи вовсе не те».

Тогда старец сказал ей: «Если не они, то я — не сердцевед: не знаю я тайн человеческих».

И несчастная женщина, не умиривши своей совести покаянием, сказала только: «Молись о мне, отче», — и ушла.

Проходя по улице, она увидала одного расслабленного старца-чернеца, который весь в ранах лежал на земле, всеми пренебрегаемый, и сказала ему: «Хочешь ли, я возьму тебя к себе в дом и успокою тебя, а ты умолишь Бога о моем недостоинстве?» «Да, госпожа моя, — отвечал страдалец, — я желал бы, чтобы ты оказала такую милость мне окаянному!»

Тогда женщина поспешила домой, приготовила постель, послала купить монашеские одежды и приказала служителям взять с улицы расслабленного инока, отнести в баню, омыть его, одеть в новые одежды, принести к ней в дом и положить на приготовленной постели. Когда все это было исполнено, она сама стала прислуживать ему, помазывая его струпы и прилагая все старание об его уврачевании.

Спустя некоторое время наступил Великий Четверток спасительных Страстей Христовых, и женщина сказала болящему старцу: «отче, хочу я нечто сделать с тобой, только ты молчи и не препятствуй мне» «Как повелишь, госпожа моя, так и сделаю», — отвечал он.

Настало время божественной службы: священнослужитель совершал в ее домовой церкви литургию и, лишь только он начал читать Евангелие и произнес сии слова: Иисусу же, бывшу в Вифании, в дому Симона прокаженнаго, приступи к Нему жена, сткляницу мира имущи многоценнаго (Мф. 26, 7 и др.), женщина, взявши сосуд с миром, подошла к чернецу, возлила миро на ноги его и, лобызая их, омочила слезами; потом отерла их своими волосами и тут же перед служителем Божиим исповедала все тайные и явные грехи свои...

И вот, когда она поступила так, сделалось страшное сотрясение — не во всем городе, а только в одном ее доме, — и вслед за тем слышен был голос: «оставляются тебе грехи твои!» А когда раздался этот Божественный голос, болящий инок вдруг встал совершенно здоровым, не имея на себе ни одного струпа, ни одной язвы, прославляя Господа нашего Иисуса Христа, творящего страшные и великие чудеса. А эта, блаженная жена, получив прощение своих грехов от неисследуемого и неизреченного милосердия Божия, провела остальное время жизни своей в покаянии и преставилась к Богу, оставив образ для всех, кто хочет прийти к покаянию (Руно орошенное, Троицкий листок).

 
Протоиерей Григорий Дьяченко
из книги: «Не стыдись исповедать грехи свои»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
Реклама
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст