Духовная жизнь

О грехах


Грех — это нарушение христианского нравственного закона, это непослушание верующего Слову Божию.

Понятие греха — религиозное, оно применимо только к лицам, принимающим христианский закон, исповедающим веру в Бога и в силу этого находящимся в «ограде церковной». Кто же вне Церкви, тот и не способен осознать вполне своей греховности, увидеть всего своего падения, ужаснуться всей глубине своей зараженности смертельной болезнью, почувствовать всего своего удаления от Бога, от Истины.

Потому сначала следует покаяться в грехах против Бога и Церкви Его. Таких грехов множество, они связаны в непрерывную сеть разных духовных состояний, как простых и очевидных, так и скрытых, на первый взгляд невинных, а на самом деле наиболее опасных для души. Можно их разделить обобщенно так: маловерие, суеверие, кощунство и божба, немолитвенность, пренебрежение к церковной службе, прелесть.

Маловерие. Это грех самый распространенный, иногда маловерие переходит и в полное безверие, хотя часто страдающий им человек продолжает посещать богослужение, прибегать к исповеди. В таком состоянии маловер не отрицает сознательно бытия Божия, однако сомневается в Его всемогуществе, милосердии или Промысле. Своими поступками, привязанностями, всем укладом своей жизни он противоречит исповедуемой им на словах вере. Такой человек никогда не углубляется далее в самые простые догматические вопросы, боясь потерять те наивные представления о христианстве, часто неверные и примитивные, которые он когда-то приобрел. Превращая Православие в национальную, домашнюю традицию, набор внешних обрядов, жестов или сводя его к наслаждению красивым хоровым пением, мерцанием свечей, т.е. к внешнему благолепию, маловеры утрачивают самое главное в Церкви — Господа нашего Иисуса Христа. У маловера религиозность тесно связана с эмоциями эстетическими, страстными, сентиментальными: она легко уживается с эгоизмом, тщеславием, чувственностью. Люди этого типа ищут похвалы и хорошего мнения о них духовника. Такие люди часто на исповеди жалуются на других, желают продемонстрировать свою «праведность». Они легко переходят от приторно-показного «благочестия» к раздражительности и гневу на ближнего.

Такие «праведники», не видящие за собой никаких грехов, часто проявляют к окружающим бездушие, эгоистичны и лицемерны; живут только для себя, считая воздержание от грехов достаточным для спасения. Вообще религиозное самодовольство и самоуспокоенность — главные признаки отдаления от Бога и Церкви.

Суеверие. Часто в среду верующих проникают и распространяются там всевозможные суеверия, вера в приметы, ворожба, гадание, различные еретические представления о таинствах и обрядах. Подобные суеверия противны учению Православной Церкви и служат развращению душ и угасанию веры.

В наше время особенно распространено такое губительное учение, как теософия (наиболее известное его направление — антропософия). На лицах людей, продолжительное время занимавшихся так называемыми оккультными науками, посвященных в «тайное духовное учение», остается тяжелый отпечаток — знак неисповеданного греха, а в душах — болезненно-искаженное сатанинской рационалистической гордыней мнение о христианстве как об одной из низших ступеней познания истины. Заглушая детски-искреннюю веру в отеческую любовь Божию, надежду на воскресение и жизнь вечную, теософия проповедует учение о «карме», переселении душ, внецерковный и, следовательно, безблагодатный аскетизм. Кроме прямого вреда для душевного здоровья занятия теософией, оккультизмом, спиритизмом тяжко грешат тем, что являются попыткой заглянуть дерзко в закрытую дверь, проникнуть в тайну бытия нецерковным путем, окольной дорогой. Непременно нужно исповедовать такого рода увлечения, если к ним имел отношение желающий вступить на церковный путь и приступающий, к Таинству Покаяния.

Кощунство и божба. Эти грехи нередко уживаются с церковностью и искренней верой. Сюда в первую очередь относится кощунственный ропот на Бога за Его немилосердное якобы отношение к человеку, за страдания, которые ему кажутся чрезмерными и незаслуженными. Иногда дело доходит даже до хулы на Бога, на церковные святыни, таинства; часто это проявляется в рассказывании непочтительных или прямо оскорбительных историй из жизни священнослужителей и монахов, в насмешливо-ироническом цитировании отдельных выражений из Священного Писания или из молитвословий.

Особенно распространен обычай божбы и поминовения всуе имени Божия или Пресвятой Богородицы. Очень трудно отделаться от привычки употреблять эти священные имена в бытовых разговорах в роли междометий, которые используются для придания фразе большей эмоциональности, выразительности: «Бог с ним», «ах, ты, Господи!», «все у нас — не слава Богу» и тому подобные выражения. Еще хуже произносить имя Божие в шутках, и уж совсем страшный грех совершает тот, кто употребляет священные слова в гневе, во время ссоры, т.е. наряду с ругательствами и оскорблениями. Кощунствует и тот, кто грозит гневом Господним своим недругам или же даже в молитве просит Бога наказать другого человека. Большой грех совершают родители, в сердцах проклинающие своих детей и угрожающие им карой небесной. Призывание нечистой силы (чертыхание) в гневе или в простом разговоре также греховно. Употребление любых бранных слов также является кощунством и тяжким грехом. Надо очень решительно бороться с этой болезнью, иначе не может идти речи о духовном здоровье.

Пренебрежение к церковной службе. Этот грех чаще всего проявляется в нежелании участвовать в Таинстве Евхаристии,— т. е. долговременное лишение себя Причастия Тела и Крови Господних, при отсутствии каких-либо обстоятельств, мешающих этому; кроме того, это вообще отсутствие церковной дисциплины, нелюбовь к богослужению. Часто оправдываются занятостью, бытовыми делами, отдаленностью храма, длительностью богослужения, непонятностью церковных служб, языка. Этот грех выражается и в незнании основных молитв: Символа веры, начальных молитв, в непонимании смысла совершаемых таинств и, главное — в отсутствии интереса к этому познанию.

Немолитвенностъ. Это есть частный случай нецерковности — грех общераспространенный. Говоря об этой важнейшей стороне духовной жизни, исповедающийся должен сказать на исповеди — как он молится, каковы плоды его молитвы, доставляет ли ему молитва духовное утешение или же воспринимается им как неприятная повинность, от которой он старается под любым предлогом уклониться; пользуется ли он Православным молитвословом или знает молитвы на память, читает ли он Евангелие. Каждый верующий человек должен каждый день в молитвах поминать своих близких, живых и умерших за здравие и за упокой души, должен молиться «за ненавидящих и обидящих», за тех, против кого у него есть чувство неприязни, кто, быть может, несправедливо обидел его. Должно также часто посещать богослужения, бывать в храме в воскресные дни и по большим празд никам, необходимо соблюдать установленные Церковью посты — не только в смысле воздержания от пищи, но и в нравственном смысле. Должен он примиряться с теми, с кем был в ссоре, подавать милостыню, прощать долги, должен отстранять от себя все суетное и сосредоточиваться на вечном.

Горячая молитва отличает искренне верующего от «тепло-хладных». Надо стремиться не отчитывать молитвенное правило, не отстаивать богослужения, но стяжать дар молитвы у Господа, полюбить молитву, ждать с нетерпением молитвенного часа. Должен стремиться верующий войти в молитвенную стихию, научиться любить и понимать музыку церковных песнопений, их несравненную красоту и глубину; красочность и мистическую образность литургических символов. Дар молитвы — это и умение владеть собой, своим вниманием, повторять слова молитвы не только губами и языком, но и всем сердцем и всеми мыслями участвовать в молитвенном делании. Необходимо навыкнуть Иисусовой молитве «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго» и эту молитву произносить про себя всегда и везде, особенно же в трудные минуты, при усиливающихся духовных бранях, в искушениях, скорбях.

Итак, брат, рассмотри внимательно: в чем из перечисленных здесь необходимых правил, порядков, обязанностей христианских ты погрешаешь против веры нашей, против святых церковных постановлений,— и не забудь покаяться в этом!

Духовная прелесть. Все перечисленные грехи в основе своей имеют недостаток веры, религиозности, церковности. Этот же грех состоит в ложном ощущении избытка личных духовных дарований. Этот грех особенно распространен в монашеской среде, среди людей духовно развитых, с повышенной духовной чувствительностью, живущих аскетической жизнью. Человек, находящийся в состоянии прельщения, мнит себя достойным и достигшим особых плодов духовного совершенства, подтверждением чему служат для него всевозможные «знамения», т.е. сновидения, голоса, видения наяву. Такой человек может быть весьма одарен мистически, но при отсутствии церковной культуры и богословского образования, а главное - из-за отсутствия хорошего, строгого духовника и наличия среды, склонной легковерно воспринимать его россказни как откровения — такой человек вскоре взращивает в себе гордое мнение, ложное, лестное понятие о своем духовном состоянии. Обычно начинается это состояние с принятия загадочного сна, полного какого-нибудь сумбура, за мистическое откровение или пророчество. В следующей стадии уже наяву являются сияющие видения, в которых он распознает ангела или какого-либо угодника, или даже Богородицу и Самого Спасителя. Они сообщают самые невероятные откровения, часто совершенно бессмысленные.

По учению же святых отцов, не следует обращать внимания на сновидения, тем более пересказывать их. А также крайне недоверчиво относиться к разного рода видениям и знамениям— скорее спешить исповедовать всякое такое странное видение духовнику, также — внимательно следить за сердцем: не возникло ли там гордое чувство, основанное на мысли о своей особой избранности, духовности, и более всего страшиться этой язвы в душе, с которой и начинается прелестное состояние.

Гордость и тщеславие. Это самые глубокие, распространенные и гибельные болезни, с которых и начинается все зло в человеке. Гордыня есть мать всех страстей и грехов, ничто так не удаляет человека от Бога, как гордость. Здесь же рядом стоят и все ей подобные болезни: самолюбие, самомнение, высокоумие, эгоизм, лицемерие и т.п. Гордость не всегда явно бывает видна, но всегда ее присутствие можно найти во многих поступках. Внимательный к себе человек может легко видеть ее в себе, но не всегда можно словом описать свою гордыню и измерить ее глубину. Зато тщеславие, как ближайший прислужник гордости, всегда бывает видимо явно. Это очень коварная страсть, она как вор или как настырный мытарь старается с любой добродетели, вообще с любого поступка человека сорвать свой оброк в пользу гордыни во славу самодовольного «я» человека. Доброе ли дело творит человек, злое ли, красивое или некрасивое — все тут как тут тщеславие высматривает: нельзя ли извлечь из того что-либо хвастливое, насыщающее больное самолюбие. И наоборот: прежде чем сделать какое дело, всегда человек рассуждает в себе— стоит ли сделать, как сделать, ради чего; и вот тут-то тщеславие и суется со своими пагубными предложениями, лукаво извращая доброе пожелание и подменяя богоугодные мотивы на притворные — ради прославления своей личности. Начал человек хорошее дело ради Господа исполнять, а тщеславие шепнет: «Да, давай — очень хорошее дело, да и про тебя будут вот так хорошо потом говорить», и вот вдруг человек воодушевляется, и силы вдруг особые появляются, и не замечает он, как принял этот лукавый помысел и трудится уже во славу свою, а не Божию. Потому-то так часто Спаситель наш и учил об этой страсти — и молиться не на виду, не напоказ людям, и милостыню давать тайно, и всякое дело делать пред Богом, а не пред людьми. И так многообразно действие всех козней этой страсти, что почти невозможно за всеми ими уследить. И как пишут отцы, что только уберешь один повод к тщеславию, как оно находит его и в противоположном действии — и так, как кожурки у луковицы, снимаешь одну, там другая такая же. Однако эта страсть хоть и такая прилипчивая, и трудноисцеляемая, но с ней надо сильнее всего бороться, так как она губит все труды человека, часто вся жизнь христианина может быть по наружности самая примерная, самая ревностная, а внутри вся изъеденная этим червем, вся может быть основана на этом ложном фундаменте (на песке) — и целое огромное, великолепное здание может рухнуть при легком ветерке.

И заметь, брат: в наше время эта страсть очень сильно распространилась среди христиан в виде ложного благоговения, ложной ревности, человекоугодия, в виде лести и лицемерия. Так смотри внимательно за сердцем своим и этого рода согрешения говори на исповеди, чтобы тебе не променять славу Божию на славу человеческую.

Человекоугодие. Также тонко уводящая от истинного служения Богу страсть! Нам заповедано Господом любить ближнего как самого себя, но можно любить ближнего, служить ему усиленно, но не ради Бога. Все дело в том — какое настроение лежит в основе этой любви. Как можно отличить одну любовь от другой? Любовь христианская обычно не сразу возжигается в сердце, но вначале — как человек начнет жить по-христиански — все его чувства требуют принуждения, борьбы, долгого врачевания, пока они начнут подчиняться хотя бы несколько христианским законам. Сначала и жертвовать собой, каждой крупицей своего «я» ради ближнего крайне трудно, должно сначала частым напоминанием себе евангельских заповедей, угрозой наказания немилосердного, страхом ответа за свои грехи и т.д. увещевать и принуждать себя хотя бы к внешнему исполнению заповеди о любви к ближнему, пока долгим опытом такой борьбы сердце не умягчится и не станет любить само (конечно, по благодати Божией, стяжанной трудом и самопринуждением). И здесь всегда на первом месте стоит Господь, Его пример жертвенной любви к роду человеческому, и проявления такой любви всегда очень сдержанны, душеполезны, плодотворны.

Любовь же человекоугодническая всегда имеет в основе своей какую-нибудь страсть: или это приятность плотская, или родственная, или симпатия, или почтение к человеку из-за его высокого положения в обществе, т.е. вначале стоит желание угодить человеку ради того, что мы его выделяем как-то в сравнении с другими в данный момент и нам хочется иметь о себе его приятное мнение. Итак, эти разные помыслы бывают едва уловимы, но они-то и составляют внутренний толчок к тому, что вдруг появляется желание послужить человеку, успокоить его, порадовать чем-либо. Чаще всего в таких случаях если встречается какая-либо преграда со стороны христианского закона, то легко ее нарушают и «ради любви» часто серьезно преступается установление Церкви и наносится оскорбление Самому Господу. При человекоугодии мы поставляем ближнего впереди Бога и служим ему сами, ради своей собственной выгоды, опираясь на свою собственную нечистую человеческую доброту, часто даже начисто забывая в это время о Боге. Но что хуже всего, что мы и сами в то время думаем и другим даем понять, что мы это делаем по заповеди, по христианскому своему милосердию.

Гневливость, раздражительность. Проявление этой страсти многие оправдывают причинами физиологическими, так называемой «нервностью» вследствие страданий и невзгод, выпавших на их долю, напряженностью современной жизни, трудным характером родных и близких. Хотя отчасти эти причины и имеют место, однако они не могут служить оправданием этой, как правило, глубоко укоренившейся привычки вымещать свое раздражение, злость, дурное настроение на близких. Раздражительность, вспыльчивость, грубость в первую очередь разрушают семейную жизнь, приводя к ссорам обычно из-за пустяков, вызывая ответную ненависть, желание отомстить, злопамятство, ожесточают сердца в общем-то добрых и любящих друг друга людей. А как тлетворно действует проявление гнева на юные души, разрушая в них Богом данную нежность и любовь к родителям! Мы можем и должны гневаться только на собственные грехи и недостатки. Нил Синайский советует быть «кротким с людьми, но браннолюбивым с врагом нашим, так как втом и состоит естественное употребление гнева, чтобы враждебно противоборствовать древнему змию». И еще: «Кто памятозлобствует на демонов, тот не злопамятен на людей».

Даже спорить надо без ожесточения и гнева, так как раздражение тут же передается другому. Причиной гнева часто бывает высокомерие, гордыня, желание показать свою власть над другим, обличить его пороки, забывая о своих грехах. Перед исповедью надо вспомнить: не питаешь ли ты, брат, злобы на ближнего своего и примирился ли ты с ним в сердце своем? После обиды, нанесенной тобой кому-либо исправился ли ты перед ним, не осталось ли у другого на сердце скорби и огорчения? Вспомни и покайся, в чем согрешил, и по возможности до исповеди примирись, спроси прощения у того, кого опечалил, а об обидчиках помолись, желая им от сердца добра.

Там, где люди живут вместе долго, особенно в тесных условиях, бывают часто рядом диавол вселяет между ними распрю, ненависть друг ко другу, начинается постоянное раздражение, осуждение, даже отвращение, неприязнь. Все это дело злой страсти. Начинает казаться, что ближний ведет себя совершенно невозможно, все его действия кажутся крайне уродливыми, вызывающими, непристойными. Это известное бесовское искушение. Находя одну какую-нибудь легко раздражимую струнку в душе человека, диавол начинает все время направлять к ней свои подзуживания, клеветой и ложью подстрекая на гнев, пока уже не расшатает все струны души так, что она все время начинает легко отзываться на всякий гневливый помысел,— и так бесы, найдя себе лазейку в душе вскоре уже протаскивают в нее гору разных братоненавистнических чувств и так легко доводят человека чуть ли не до беснования, т.е. до лютой ненависти к ближнему. Поэтому важно в самом начале очень внимательно следить за такими недоброжелательными помыслами, мелкими раздражениями, вспышками гнева — и сразу же пресекать их, исповедовать, если есть такая возможность, чтобы часто и ясно объявлять такие свои помыслы священнику. А он словом, советом может легко помочь отсечь подобные мысли и не дать болезни развиваться дальше.

Но крайне не полезно думать о том, чтобы разделиться с тем, на кого возникает такая озлобленность,— этого-то и ищет диавол. Надо стоять до конца, зная истинные истоки этого зла. Когда же человек, разжигаемый бесом злобы, негодует на ближнего и его самого ставит в вину, а не диавола и свою страсть, то он подобен, по слову отцов Церкви, глупому псу, в которого кидают камни и он кидается лая на них, кусает их, а того, кто кидает, не замечает. Итак, эта страсть также ныне очень развита, для исцеления ее требуется много внимания, борьбы, частого исповедания, смирения перед ближними, самоукорения, многих молитв с поклонами за себя и за тех, против кого идет брань. Истинные христиане, те, кто всей душой желали послужить Господу своему и искали совершенного очищения сердца, часто намеренно искали себе или наставника, или брата с трудным, строгим или даже раздражительным характером, чтобы, живя рядом с ним, им приходилось постоянно смиряться и через это скорее научиться кротости и незлобию. Таких примеров довольно много встречается в житиях святых.

Грех осуждения. Осуждая чужие недостатки (действительные или кажущиеся), человек мнит себя лучше, чище, благочестивее, честнее или умнее другого. Но не так: «У кого сердце чисто, тот всех людей почитает чистыми, а у кого сердце осквернено страстями, тот никого не почитает чистым, но думает, что все ему подобны» (авва Исайя). Наш суд никогда не бывает беспристрастным, ибо чаще всего основан на случайном впечатлении или совершается под влиянием личной обиды, раздражения, гнева, случайного «настроения».

Православный христианин безусловно может и должен протестовать против неправды, несправедливости, защищать обиженных. Но восстанавливать истину может лишь тот, кто достоин и заслужил право защищать ее, кто сам может выслушать со смирением правду о себе и с кротостью покаяться в собственных грехах.

Осуждение явное или едва заметное — почти самый частый грех, который труднее всего исповедовать, так как он мелкой пылью рассеян по всей нашей жизни, по всей деятельности нашей: но эта пыль крайне зловредна. Одно слово осуждения, одна укоряющая мысль часто (как знаем это из примеров жизни святых отцов) совершенно отнимала благодать Божию даже от ревностных подвижников. Одно малое осуждение может совершенно лишить награды многие долгие труды христианина, в один миг может оставить душу начисто ограбленной, опустошенной, унылой, даже если только что она радовалась и веселилась духовной радостью. В Святом Евангелии из уст Самого Господа мы часто слышим предостережения относительно осуждения ближнего: «Не судите, да не судимы будете!», «Каким судом судите, таким судимы будете», «Прости нам долги наши, якоже и мы прощаем должником нашим». В молитве Господней «Отче наш» мы прямо выносим себе тяжкий приговор, если, произнесши слова ее, после начинаем судиться с ближним и не прощаем ему какое-нибудь прегрешение.

Если же никого не осуждать совершенно, всегда отводить глаза от грехов ближнего и стараться узреть свои грехи, себя укоряя и поставляя ниже брата своего, то этот путь будет кратчайшим к Царствию Небесному, легчайшим и радостнейшим. Проживи хоть день так, и ты заметишь в себе, как тут же ты приблизишься к Богу. Если никого не осудишь, то при многих согрешениях можешь быть помилован на суде, а при осуждении и при достойной, строгой во всем и чинной жизни найдется и у тебя много грехов, за которые будешь судим по всей строгости. Потому-то так и боялись отцы наши этого греха, так хранили каждое чувство свое, слово, мысль, старались даже легким укором, кивком головы не выказать осуждения, ни обвиняющим взглядом, ни вздохом. Если же навязчиво находят осуждающие помыслы от демонов, то не давай им привиться к сердцу, а если и прилипают к сердцу, то хоть поостерегись высказать, если смолчишь, то уже легко сможешь изгнать эту страсть и из сердца, а сказал — тяжко согрешил!

Уныние. Грех уныния происходит от чрезмерной занятости собой, своими переживаниями, неудачами, и, как результат— происходит угасание любви к окружающим, равнодушие к чужим страданиям, неумение радоваться чужим радостям, зависть. Основа и корень нашей духовной жизни и силы — любовь ко Христу, и ее нужно в себе растить и воспитывать, всматриваться в Его образ, прояснять и углублять его в себе, жить мыслью о Нем, а не о своих мелких, суетных удачах и неудачах, отдавать Ему свое сердце,— это и есть жизнь христианина. И тогда в сердце нашем воцарятся тишина и мир, о котором говорит св. Исаак Сирин: «Умирись с собой, и мирятся с тобой небо и земля».

Часто у тяжко согрешивших или слабых людей, не способных смело вступить в борьбу со своими страстями, бывает сомнение в возможности прощения их, в возможности исправления, это сопровождается признаками уныния, отчаяния (также тяжкого греха неверия). Но ведь не здоровые имеют нужду во враче, но больные, пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы? Ибо Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мф. 9, 12-13). Безвыходное положение некоторых исповедников, кажущаяся безнадежность их положения заключаются в том, что люди стоят вне Церкви, спасение их в том, чтобы войти в Церковь, в общение любви с братьями по вере.

Грех празднословия весьма распространен. Это грех пустого, бездуховного пользования Божественным даром слова. Сюда же относятся сплетни, пересказ слухов. Часто люди проводят время в пустых, бесполезных разговорах, содержание которых тут же забывается. Господь же сказал: За всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься (Мф. 12, 36-37).

Грех празднословия никогда не заканчивается простой тратой времени, но оставляет душу человека всю оскверненной, так как всякое многословие несет в себе или осуждение, или насмешку, или удовлетворяет тщеславию, или оживляет в памяти страстные вещи и т. д. Едва-едва только стоит неосторожно открыть рот для пустой беседы, и уже какое-нибудь вредное слово выскакивает, за ним — другое. Потому-то необходимы внимание, краткость в беседах, немногословие. Ведь иногда и одно необдуманное слово может лишить человека благодати Божией, стяжанной долгими трудами (см. об осуждении).

Ложь. Сюда же могут быть отнесены: неисполнение данных обещаний, сплетни, выдумки и преувеличения в праздных беседах, клевета, преподание ближнему своих догадок как твердого знания, смелое рассуждение о малопонятных вещах, преподание ближнему убедительных советов при неимении достаточного опыта и духовности. Этот грех так глубоко вошел в сознание современного человека, так глубоко укоренился в душах, что люди даже не задумываются о том, что любые формы неправды, неискренности, лицемерия, преувеличения, хвастовства являются проявлением тяжелого греха, служением сатане — отцу лжи. По словам апостола Иоанна, в Небесный Иерусалим не войдет никто, преданный мерзости и лжи (Откр. 21, 27).

Ложь может проявляться совершенно беззастенчиво, открыто, во всей своей сатанинской мерзости, становясь в таких случаях второй природой человека, постоянной маской, приросшей к его лицу. Он так привыкает лгать, что не может выражать свои мысли иначе, нежели облекая их в заведомо не соответствующие им слова, тем самым не проясняя, а затемняя истину. Ложь незаметно закрадывается в душу человека с детских лет: часто, не желая кого-либо видеть, мы просим близких сказать пришедшему, что нас нет дома; вместо прямого отказа от участия в каком-либо неприятном для нас деле мы притворяемся больными, занятыми другими делами. Такая «бытовая» ложь, кажущиеся невинными преувеличения, шутки, основанные на обмане, постепенно развращают человека, позволяя ему впоследствии ради собственной выгоды идти на сделки с совестью. Необходимо искоренять ложь самым решительным способом: помни, что как от диавола не может быть ничего, кроме зла и погибели для души, так и от лжи — его детища — не может последовать ничего, кроме растлевающего, сатанинского, антихристианского духа зла. Не существует «спасительной» лжи или «оправданной», сами эти словосочетания кощунственны, ибо спасает и оправдывает нас только Истина, Господь наш Иисус Христос!

Заповедь «не укради» некоторые понимают слишком конкретно, как запрещение против явного воровства, грабежа и т.п. Однако хищением является всякое незаконное присвоение чужого имущества, как собственного, так и общественного. Хищением (воровством) следует считать невозвращение денежных долгов или вещей, данных на время; к этому же греху относятся: тунеядство, попрошайничество без крайней необходимости, при возможности самому заработать на пропитание. Если человек, пользуясь несчастием других, берет с них какое-либо добро, большее чем следует, то он совершает грех лихоимства. Это также относится к перепродаже вещей и продуктов по завышенным ценам (спекуляция). Безбилетный проезд в транспорте и т.п. грехи — это также нарушение заповеди «не укради».

Если кающийся имеет грех, связанный с нанесением материального ущерба кому-либо, то желательно, чтобы он по возможности возместил свой долг, возвратил украденную пещь или ее стоимость — независимо от давности совершенного поступка. Это будет лучшей формой епитимии.

Сребролюбие: под этим наименованием подразумевается всякое пристрастие к вещам, деньгам, ко всякого рода материальным благам, проявляющееся как в форме расточительности, так и противоположной ей — скупости. Второстепенный на первый взгляд, этот грех чрезвычайной важности — в нем одновременное отвержение веры в Бога, любви к людям и пристрастие к низшим чувствам. Эта страсть порождает злобу, окаменение сердца, многозаботливость, зависть. Преодоление сребролюбия есть частичное преодоление и этих грехов. Со слов Самого Спасителя мы знаем, что богатому трудно войти в Царствие Небесное. Христос учит: Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше (Мф. 6, 19-21).

От этого греха близ стоят многие страсти: страсть красиво одеваться, иметь редкие вещи, особенно, «со вкусом», подбирать себе всякую вещь, создавать себе красивую модную обстановку в доме, отсюда и тщательная забота о порядке в вещах, об их хранении, страх что-либо потерять, страх воров, грабежа, раздражение на тех, кто прикасается или просит вещи, соревнование с другими в приобретении вещей, зависть, осуждение, немилосердие, презрение к нищим; человек начинает много внимания уделять внешнему виду своему и окружающих, отсюда часто начинается отношение к ближнему «по одежке» его, уважение растет или падает в зависимости от материального благосостояния ближнего, а отсюда — и несправедливость, человекоугодие, отвращение или брезгливость. Апостол страсть сребролюбия называет идолопоклонством. Кто начинает служить тленному веществу, тот становится его рабом, почитателем, поклоняется тленному — твари, а оставляет Творца.

Чревоугодие. Разным людям требуется разное количество пищи для поддержания своих физических сил— это зависит от возраста, телосложения, состояния здоровья, от тяжести выполняемой работы. В самой пище нет никакого греха, ибо это дар Божий. Грех же заключается в отношении к ней как к вожделенной цели, в поклонении ей, в сладострастном переживании вкусовых ощущений, разговорах на эту тему, в стремлении тратить как можно более денег на новые, еще более изысканные продукты.

Христианин должен всегда сдерживать себя от всякого излишества, стараясь все делать в меру необходимости и полезности, а все чрезмерное, приносящее душе вред— отсекать. Когда соблюдена мера в пище, то она служит подкреплением и дает силы для трудов во славу Божию, для занятий и телесимх и духовных, дает силу совершать молитвы, коленопреклонения и т.д. Лишение же себя необходимого количества и пищи, т.е. неразумный пост, а также излишество отнимают силы, лишают человека возможности соблюдать четкий, душеполезный ритм своей жизни. Услаждение вкусовыми качествами пищи очень вредит духовным занятиям, притупляя вкус ко всему духовному, развивает сладострастие, желание искать все новых каких-нибудь чувственных ощущений, в душе поселяется чувство какой-то неудовлетворенности «серой» жизнью, человек начинает ждать и выискивать что-нибудь поярче, почувствительнее — уже не только в пище, но и и других отправлениях своей чувственности. Поэтому от чревоугодия недалеко и до блудных разжений, все связано в человеке — и от одной страсти недалеко до других. Так чревоугодие порождает и нарушения поста, а это уже удаляет человека от Церкви, от Бога. Чревоугодник не способен бороться со многими другими страстями, тогда как наоборот: пост — оружие против множества страстей.

Греховно также забывать молиться перед едой — особенно по причине нетерпеливого желания поскорее начать есть. Очень вредно есть от скуки, от уныния, от безделия.

Тяжкая страсть, стоящая по соседству с обжорством,— пьянство. Сколько горя повсюду приносит эта страсть — каждый знает. О том, как пагубно действует пьянство на здоровье , на психику, на отношения с близкими людьми— об этом много везде говорят и верующие и неверующие. Беда в том, что трудно бывает пьющему человеку избегать повода к выпивке и храниться подальше от спиртного, так как в обществе повсюду без питья не обходится ни одно событие — ни маленькое, ни большое, ни радостное, ни печальное. При этом все считают своим долгом внимательно следить за ближним, чтобы он пил, иначе боятся, что у того не будет «настроения». Так бывает теперь и в среде людей верующих, тем более что для всякого христианина вино — вещество особое, как хлеб и елей, освященные тем, что часто применяются в богослужении; чистое красное вино и специально испеченный хлеб — просфоры — служат для совершения святого Таинства — Евхаристии. Поэтому и на праздниках христиан всегда бывает вино, и выпивать немного для того, чтобы приподнять праздничное настроение,—- не грех, но в наше время так люди стали слабы, так не воздержны во всем, что почти всегда кто-нибудь напивается за таким праздничным столом. Если раньше даже уставом в монастырях позволялось монахам выпивать до двух кружек вина за трапезой, то надо учитывать то, что люди тогда были гораздо сильнее и воздержаннее и на них вино не производило такого действия. В наше же время надо быть крайне осторожным, и когда человек знает за собой слабость к выпивке, то должен заранее всегда настраиваться строжайшим образом — или вообще не прикасаться к вину, или же соблюдать точно меру. Часто теперь пьют вино в посты — но это явное нарушение, так как четко написано в церковных типиконах, когда пост бывает открыт вину — в случае какого-либо праздника.

Помни, брат, следующее: хотя вино поначалу и кажется вещью самой прекрасной и приятной, и безобидной, но бесы очень любят ловить слабых людей на эту приманку — часто и один стакан лишает бдительности, осторожности, и дьявол уже готовит сеть греха, в которую легко попадает тот, кто хоть немного даже забылся и расслабился. Каких только безумных поступков не творят люди в нетрезвом состоянии, часто прямо беснуются, в полную попадают зависимость от злых духов, прямо «пляшут под их дудку», часто и до самоубийства доводят бесы пьяниц. Господь прямо говорит в Святом Писании, что пьяницы не спасутся. Пьяница ищет в вине радости, веселья, хочет забыться, уйти от скорбей мира сего, но ведь та сила в вине — веселить и согревать сердце — это только слабое напоминание, слабый образ, сравнение с той радостью, духовным веселием, которым уже радуется и веселится каждый истинно верующий и исполняющий заповеди Христовы. Благодать Божия, которую источает учение евангельское, наполняющая каждого, кто внимает слову Божию и живет им,— вот вино, веселящее и пьянящее, и вводящее в Царствие Небесное!

Страшнейшим грехом во все времена считалось нарушение шестой заповеди — убийство, т.е. лишение другого человека величайшего дара Господня — жизни. Таким же страшным грехом является самоубийство и убийство во чреве — аборт.

Очень близки к совершению убийства те, кто во гневе на ближнего допускает рукоприкладство, нанося ему побои, раны, увечья. Виновны в этом грехе родители, жестоко обращающиеся со своими детьми, избивающие их за малейшую провинность, ато и без всякого повода. Часто впадают в этот грех рукоприкладства те, кто злоупотребляют вином. Стало обычной вещью среди молодежи — драться, часто до серьезных увечий, чуть ли не убивать друг друга из-за ничего, ради того, чтоб выказать свое «мужество», постоять за свое «я». Но разве это мужество? Чаще всего такие «герои» просто не умеют подавлять в себе страсть и действуют в порыве гнева, ненависти, под действием вспышки сатанинской злобы; мы же, христиане, знаем, что настоящее мужество как раз выказывает себя в твердом, терпеливом, настойчивом противостоянии страстям, неподчинении им. Кто мужественнее: те кроткие, слабые физически, молчаливые, покорные христиане — юноши, девушки, малые дети, матери вместе со своими младенцами,— которые без сопротивления шли на муки ради Христа, добровольно отдавали себя на мучения, терпели неслыханное над собой издевательство, или же те «мужчины», которые за одно оскорбительное слово готовы выпустить ближнему кишки наружу и чуть что — тянутся за ножом? Интересно, как бы себя повели такие люди, если бы их предали на муки, требуя отречения от своей веры? Скорее всего или бы сразу же отверглись Христа, или бы стали проклинать своих обидчиков, скрежетать на них зубами, стараться ударить кого-нибудь из них. А вот христиане всегда молились даже за своих мучителей и палачей. Часто теперь можно слышать оправдания, что, мол, в жизни существуют «волчьи» законы и кротость не всегда полезна и возможна. Но как такие мысли совместить с законом христианским? К кому же тогда обращены слова Самого Господа: «Научитесь от Меня, яко кроток и смирен есмь сердцем», или заповедь — когда ударят тебя по правой щеке, подставь и левую.

Повинны в этом грехе и те, кто подстрекает на драку, кто стравливает людей сплетнями, наговорами, клеветой, озлобляет друга против друга, близких людей ссорит между собой, те, кто раздор вносит среди окружающих. Да знает такой, что он прямо делает дело диавольское, так как и само слово «диавол» означает — клевета.

Своевременное неоказание помощи больному, умирающему, равнодушие к чужим страданиям тоже следует рассматривать как пассивное убийство. Особенно ужасно подобное отношение к престарелым больным родителям со стороны детей. Сюда же относится неоказание помощи человеку, попавшему в беду: бездомному, голодному, утопающему на ваших глазах, избиваемому или ограбляемому, потерпевшему от пожара или от наводнения. Но мы убиваем ближнего не только руками или оружием, но и жестокими словами, бранью, издевательством, насмешкой над чужим горем. Св. апостол Иоанн говорит: всякий, ненавидящий брата своего, есть человеко-убийца (1 Ин. 3, 15). Каждый на себе испытал, как ранит и убивает душу злое, жестокое, язвительное слово. Не меньший грех совершают и те, кто лишают чести, невинности молодые души, растлевая их физически или нравственно, толкая их на путь разврата и греха. Блаженный Августин говорит: «Не думай, что ты не убийца, если ты наставил ближнего твоего на грех. Ты растлеваешь душу соблазненного и похищаешь у него то, что принадлежит вечности». Приглашать на пьяное сборище юношу или девушку, насильно спаивать непьющего, подстрекать к отмщению обид, соблазнять развратными зрелищами или рассказами, насмехаться над целомудренными, над скромными людьми, склонять к нарушению поста, заниматься сводничеством, предоставлять свое жилище для пьянства и разврата — все это соучастие в нравственном убийстве ближнего.

Убийство животных без нужды, истязание их — это то же грех:Праведный печется и о жизни скота своего, сердце же нечестивого жестоко (Притч. 12, 10).

Предаваясь безмерной печали, доводя себя до отчаяния, мы грешим против той же заповеди. Самоубийство — величайший грех, ибо жизнь есть дар Божий и только Ему принадлежит власть лишать ее нас. За самоубийц даже нельзя молиться. Церковь не поминает их имен и не отпевает, не положено даже хоронить их на христианском кладбище и ставить крест на могиле. Ведь самоубийца сбросил свой крест, отказался нести его тяготу, отверг всякое упование на милость Божию, самим покушением на свою жизнь отверг все человеколюбивые и несказанно милосердные о себе попечения Господа (а ведь по слову Самого Господа — и волос с головы нашей не падает без ведома Божия, как же Он печется о каждом человеке!). Отказ от лечения, намеренное неисполнение предписаний врача, сознательное нанесение вреда своему здоровью, злоупотребление вином, курение табака, злоупотребление лекарствами, употребление наркотиков, вообще пренебрежительное отношение к телесному и душевному своему здоровью — все это разные виды того же самоубийства. Тело — храм души, как и весь человек — храм Божий, храм Духа Святого, и «кто растлит этот храм, того Бог растлит» — по слову Св. Писания. По правилам Анкирского Собора (313), за преднамеренное умерщвление плода (аборт) полагается отлучение от причащения на 10 лет. Св. Василий Великий, говоря в одном из своих правил (2-е правило) об умышленно погубивших зачатый во утробе плод, не допускает различия между плодом, вполне образовавшимся и еще не получившим человеческого вида. Он находит в этом преступлении двойной грех: и детоубийство, и покушение на самоубийство, так как с насильственным погублением плода подвергается опасности и жизнь самой матери. Св. Василий осуждает таких матерей в детоубийстве, но определяет им половину срока епитимии, положенной за убийство. Для женщины, признающей свою причастность к Православной Церкви, искусственное прерывание беременности категорически недопустимо и простительно лишь в исключительных случаях, когда по состоянию здоровья дальнейшее вынашивание плода угрожает ее жизни.

Аборт равнозначен убийству, но в основе причин, приводящих к этому тяжкому греху, замешано еще и отсутствие доверия к Богу, устрояющему жизнь всякого человека, приходящего в мир, боязнь житейских трудностей или страх позора, насмешек — когда зачатие совершилось в результате блуда или прелюбодеяния. Но к этому греху почти всегда причастны и мужчины — мужья или любовники. Мужья, которые поощряют аборт или же сами понуждают к нему — становятся столько же виновными, а то и больше своих жен. Те же мужчины, которые, легкомысленно входя в близкие связи с женщинами, совершая грех блудодеяния, даже часто не ведая того, становятся виновниками совершаемых абортов, оказываются причастными и к детоубийству. И сколько таких легкомысленных «гулящих» мужчин, не зная того, носят на своей крещенской ризе следы крови своих умерщвленных младенцев. Поэтому перед исповедью надо хорошенько припомнить — не было ли совершено такое преступление или, может быть, были такие блудные связи, которые могли кончиться абортом, и на Страшном суде вдруг окажется, что и к такому греху, как убийство, имеешь причастие.

Грех блудодеяния (седьмая заповедь — не прелюбы сотвори!) —очень распространен, заразителен, глубоко поражает душу и тело, поэтому наиболее опасен. Чувственность глубоко проникла в падшую природу человека и может проявляться в самых разнообразных и изощренных формах.

Блуд — неосвященное благодатной силой Таинства Брака совокупление холостого мужчины и незамужней женщины или нарушение целомудрия юношей и девушек до брака.

Прелюбодеяние — нарушение супружеской верности одним из супругов.

Кровосмешение — плотская связь между близкими родственниками.

Противоестественные половые связи: мужеложство, лесбиянство, скотоложство, малакия (рукоблудие, онанизм). Отвратительность этих грехов очевидна, ясна их недопустимость: они ведут к духовной смерти еще до физической кончины человека.

К великому сожалению, в наше время, как никогда, мир заражен развратом, духом блуда, всюду создается атмосфера, разжигающая плотскую похоть. Особенно пагубно действует сегодня влияние «западной культуры»: гнусные журналы, фильмы, срамные фотографии и картины, бесовская музыка (само начало рок-музыки характерно прежде всего отчаянным бунтом против всяких запретов в отношении половых связей, против всех запретов морали, нравственности —против законов религиозных, общественных, семейных), развращающие романы, стихи и т.д. В общем на вооружении у человеконенавистных демонов блуда сейчас имеются все виды глубоко проникающих в души людей средств влияния, пленения, погубления! Грех блуда начинается ранее падения телом — с рассматривания соблазнительных зрелищ, увлечения воспоминаниями виденного греха, блудных картин, когда человек не отсекает и не изгоняет из души попавшую туда заразу греха.

В уединении, часто ночью, возникшие в результате такой невнимательной жизни блудные помыслы особенно сильно одолевают человека. Здесь лучшим лекарством являются аскетические упражнения: пост в пище, недопустимость лежания в постели после просыпания, регулярное чтение утреннего и вечернего правила.

Началом или частью блудного греха являются соблазнительные разговоры, непристойные истории, анекдоты, пение безнравственных песен, писание похабных слов, употребление их в разговорах (матерщина) — все это приводит к порочному самоуслаждению, которое тем более опасно, что связано с усиленной работой воображения, и неотступно начинает преследовать несчастного, часто пленяя весь ход его мыслей, чувств, превращая его в раба жалкой страсти, низкого порока. Много труда и скорбей надо понести затем, чтоб исцелить душу от этого зловредного, крайне прилипчивого, назойливого навыка.

Хотя среди блудных грехов грех рукоблудия кажется самым «безобидным» — но этот грех наиболее трудно врачуется, так как навыкший к нему всегда легко может согрешить; особенно же ночью, лежа в постели, часто бывает побуждаем страстью прикасаться к своему телу и легко может пасть. Здесь нужно всегда заранее быть предупредительным — вовремя отсекать помыслы ко греху, в постель ложиться в белье, покрывающем большую часть тела, ни в коем случае не обнажаясь совсем, не позволять себе прикасаться к своему телу, быть осторожным в бане, стараться не смотреть на свое обнаженное тело, не заглядываться в зеркало. Необходимо чаще произносить краткие молитвы про себя, иногда шепотом, просить у Господа помощи против этого греха, призывать имя своего святого (чье имя носишь). Если за блуд, прелюбодеяние положено правилами Церкви отлучение от Таинства Причащения на многие годы или месяцы, с чтением канонов, поклонами, то за грех рукоблудия полагалось отлучение от Таинства Причащения на сорок дней с сухоядением (т.е. строгим постом — без употребления вареной пищи). Теперь же, снисходя к крайней немощи верующих, учитывая страшную разнузданную атмосферу сегодняшнего мира, срок этот уменьшают и епитимию обычно назначают около двух-трех недель и не с такими строгостями. Бывает, что во время сна при блудных сновидениях или без них происходит блудное разжение, оканчивающееся истечением семени, так называемое осквернение (как еще принято называть — падение). За этот неприятный случай тоже надо понести малое наказание, исполнить правило, сделав 50 земных поклонов с молитвой: Боже, милостив буди ми, грешному, и очисти мя, блуднаго, именеради святаго Твоего, также прочитать молитву Василия Великого —от осквернения (есть в молитвословах). В день после ночного осквернения не положено прикасаться к иконам, святыням, вкушать просфоры, пить освященную воду. Осквернившийся накануне Евхаристии — не приступает к причащению. Падение во сне надо исповедовать священнику.

Также все православные христиане, состоящие в нецерковном браке тяжко согрешают, они должны обязательно освятить свой союз Таинством Брака — в каком бы возрасте они ни были. Кроме того, и в браке следует соблюдать целомудрие, не предаваться неумеренности в плотских удовольствиях, воздерживаться от сожительства в посты, накануне воскресных и праздничных дней.

Итак, просматривая этот краткий список грехов, вспоминай, что имеет отношение к твоей жизни; здесь далеко не все описано, что вредит душе и губит ее, но, задумываясь, заглядывая в себя — многое забытое греховное может всплыть в памяти,— так записывай же и спеши исповедовать!

 
архимандрит Лазарь, настоятель монастыря Вифания в Грузии
выдержка из книги «Таинство исповеди»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
Реклама
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст