Азы православия

Патрология


Артем Перлик
Артем Перлик

Что за наука такая – патрология?

Чтобы объяснить это я прибегну к сравнению. Вот два великих философа: Платон и Аристотель. Их вклад в мировую сокровищницу мудрости неоценим. Но пишут они по разному. И если мы, например, захотим глубоко разобрать какую-то тему, связанную с творчеством Платона: «Платон и его отношение к творчеству», «Идеальное у Платона», «Платоновский образ Сократа», - то мы не найдём у него некий диалог на нужную тему. Нам придётся прочитать всего Платона, прочитать научную литературу с ним связанную, и, только тогда, мы освоим нужную тему.
Аристотель пишет иначе. Он берёт тему: «Поэтика», «Этика» и по шагам разбирает воззрения всех предшественников по данной теме, а потом всё сводит в систему, которая у него формируется не без влияния Платона.
Подобную работу выполняет и патролог — только по отношению к святым отцам. Дело в том, что отцы, соблюдая внутреннее единство мировоззрения, как правило не сводили свои взгляды в стройную систему (Подобно Иоанну Дамаскину). Опыт святых — это опыт постижения Бога, а он для каждого человека и общий и уникальный. И, если мы хотим, чтобы взгляды отцов (или одного отца) были приведены в систему, если нам важно понять, как мыслили отцы (от первого до двадцать первого века) важные христианские истины — здесь и нужен патролог, который сводит отцов в систему их взглядов, создаёт некий синтез, который охватывает все века и учитывает всё, что только можно учесть.

В чём заключается её смысл?

Святые отцы, прежде чем писать, вслушивались в Духа

Святого, живущего в них. Но, в силу различных причин, любой человек может в неком конкретном случае услышать неправильно и передать неверно. Поэтому в патрологии существует принцип согласия отцов. Он страхует церковь от ошибки. Святой Фотий Константинопольский говорит, что, если 10 отцов сказали так, а 500 иначе, то мы должны слушать 500.
Все живущие правильной духовной жизнью христиане имеют Духа Святого. А потому все они ощущают ту же истину, которую и отцы. Это обуславливает единство понимания. Мера благодатности отцов — наивысшая. И у них был дар — найти словесные формы выражения для того, чтобы явить небесный, божественный взгляд по отношению к той или иной современной для данного поколения проблемы. Это есть одновременно дело патролога и великого поэта, а отцы были и тем и другим.
Некоторые люди воспринимают православие — как крепость посреди абсолютной тьмы. Соответственно и весь мир в таком восприятии предстаёт как место действия врага рода людского. Для отцов православие иное, это дар для всех, закваска, которая призвана преобразить бытие в Духе. Поэтому отцы с радостью выходили к людям и вдохновляли их жить добром.

Как будто вышел человек,
И вышел, и открыл ковчег,
И всё до нитки роздал.

Отцы брали любую языческую мысль в свой оборот, если только она была созвучна христианству. Поэтому они не чурались находить богодохновенные строки и у язычников. Достаточно посмотреть, как часто Григорий Богослов цитирует языческих авторов, чтоб увидеть, что это — так.
Взгляд святых отцов на бытие, это, в большинстве случаев, небесный взгляд. Поэтому и патрология помогает людям посмотреть на мир небесным, Божиим взглядом, который абсолютно адекватен бытию и наиболее полно всякую суть выражает.

Патрологические исследования имеют четкие пределы? Ограничиваются ли они каким-то определенным периодом в истории?

В православном понимании излияние Святого Духа в церкви не имеет хронологических рамок. Поэтому наша эпоха столь же святоотеческая, как и любая другая: и в древности и в будущем. Цепь святых, по мысли самих отцов, никогда не прервётся и церковь будет всегда полниться людьми Божьими. Иустин Сербский говорит, что «Церковь — это непрерывная Пятидесятница», где Дух постоянно изливается на всех верных. Поэтому в церкви никогда не было «золотого святоотеческого века», вернее, такой век в ней существует всегда, и так будет до самого конца земной истории. Серафим Саровский и Симеон Новый Богослов говорили, что благодать и сейчас та же, что при апостолах. Поэтому и святые отцы те же, и Бог тот же. И человек не меняется. И, если он идёт к Небу — Небо преображает его.

С чего бы Вы посоветовали начать изучение патрологии человеку, ранее не сталкивающемуся с ней? Трудно ли это?

Я бы посоветовал начинать с чтения, как такового. Не отдельных цитат, а отеческих произведений. Например, святого Николая Сербского. «Исповеди» блаженного Августина. Поучений оптинских старцев. А ещё посоветовал бы читать собственно патрологические исследования по святым отцам. Такое чтение обычно становится для человека живой водой, с которой невозможно расстаться. Всюду, куда только приходит отеческая мысль, приходит и свет.
Приведу пример. Когда духовник дал мне послушание преподавать детям христианскую этику в общеобразовательных и воскресных школах, встал вопрос, как это делать правильно. Эти предметы могут быть самыми интересными в школе, но могут быть и самыми скучными, если преподавать их схоластически и в отрыве от духовной жизни и духовного опыта учителя и учеников. Дореволюционный опыт не подходил для новых детей, а нового не было. Да и что это за новый опыт, на чём он должен быть основан? Тогда я стал изучать, как святые отцы и самые лучшие из учителей современности преподают, говорят детям и подросткам о православии. Их замечательный опыт оформил в единую систему, которую назвал «Святоотеческая методика преподавания». В течении многих лет этот метод я применял в нескольких общеобразовательных и множестве воскресных школ Донецкой епархии. В результате каждый урок становился для детей событием и праздником. Уроком светом, уроков радостью. Дети даже просили, чтобы этот урок проводился не только во время занятий, но и на каникулах, настолько их радовало и окрыляло происходящее. Как и всегда, святоотеческий подход оказался самым лучшим, чтобы повести детей туда, куда их зовёт учитель – к истинной жизни и Истинному Богу.
Данная методика включает в себя работу с детьми любого школьного возраста, а так же с молодёжью, и может пригодиться тем, кто проводит епархиальные молодёжные собрания. Методика равно применима и в общеобразовательных школах при преподавании предмета «Христианская этика» и в школах воскресных.
Плоды этой методики – появление у детей живого и личного доброго чувства к Богу, которое часто перерастает в молитву. Укрепление веры, осмысление себя и движений своей души, ощущение ненапрасности своей жизни, светоносности и пасхальности мира пронизанного Богом.
На таких уроках я учил детей не некой сумме знаний, но добивался двух вещей: чтобы они поняли, что Бог не просто где-то на небе живёт, но постоянно участвует в их жизни, и, чтобы они захотели с этим Богом общаться. А, как говорил афонский старец одному мудрому священнику: «если тебе Бог приведёт в руки учеников, - учи их самому главному, учи их молитве. А молитва уже научит их всему остальному».

А как Вы познакомились с этой наукой? Откуда появился такой интерес?

Когда-то, когда епископ Митрофан Никитин был ещё священником, он вошел в одну храмовую иконную лавку, посмотреть, какие там продаются книги. Увидев ассортимент, он грустно схватился за бороду и со стоном сказал: «ну почему тут одни брошюры о святой воде и конце света? Почему люди не читают Василия Великого? Григория Богослова?». Батюшка Митрофан тогда чуть не плакал, и это произвело впечатление на одну светлую христианку — мою подругу. Она пошла в библиотеку и взяла книгу Василия Великого «Шестоднев». Стала читать, и, дойдя до половины, вдруг ощутила необыкновенное тепло в сердце. Святой Василий незримо был рядом, и вся душа отзывалась на его любовь и заботу о ней. Читая дальше, она с удивлением заметила, что мысли святого удивительно современны и не утратили свою актуальность и спустя полторы тысячи лет после написания книги. А ведь она ждала, что текст будет неким благочестивым «Музеем», скучным и несовременным. Оба эти открытия не просто потрясли её — они её изменили. Эта перемена, случившаяся с ней, затронула и меня, ведь невозможно было видеть сияние её сердца и не меняться. Таким было моё первое знакомство со святыми отцами.
Позднее я заметил, что многие люди, не читавшие отцов, думают, что им это будет скучно. Так, однажды, я говорил со своей студенткой, которая к тому же училась и на психолога. Я предложил ей обратиться к святоотеческому пониманию души, и она сказала, что читала отцов, и они не произвели на неё впечатления. Когда я спросил, что именно она читала, то, оказалось, что она просматривала какую-то книжонку, где было собраны отдельные, не связанные друг с другом цитаты, и всё это подавалось во вполне схоластическом духе. Я ей сказал, что она читала не отцов, а фантазии неизвестных авторов на тему о душе. Тогда она обратилась к отцам, рекомендованным мною по теме. Обратилась к подвижникам. И её на всю жизнь вдохновил Антоний Сурожский.

Чтобы стать патрологом - нужно где-то учиться, или это призвание, зов души?

Православие имеет колоссальную культуру мысли и глубину вникновения в любой затрагиваемый вопрос. Бог даёт видеть мир целостно, и тогда ответ на вопрос занимает место в общей гармонии целого. Английский поэт Томас Элиот говорил о современных людях, что один из них едет на машине, а другой читает Аристотеля, и эти события никак не связаны между собой. Это потому, что обычный человек воспринимает мир частно, дробно. Приобщение благодати же помогает видеть бытие как целое, во взаимосвязанности частей.
И это бытие предстаёт перед человеком как хорошее. Мир хорош для того, что видит его в лучах благодати Господней. Поэтому святой Иустин Сербский говорил, что, «по своей Божественной, логосной сути, жизнь есть рай». И чистый сердцем видит, что это так.
Именно такое мировосприятие и даёт людям взгляд святых отцов. И в этом смысле патрологом, продолжателем дела и мысли отцов, может и должен быть любой человек. Но, если говорить сугубо о научном даре, который должен быть у учёного патролога, тот тут нельзя ответить иначе, чем словами Иосифа Бродского, когда его спросили, кто причислил его к поэтам. Он сказал тогда: «я думаю, это от Бога».

Какой из святых отцов Церкви Вам больше всего нравится? Почему?

В раю мы не выбираем любимчиков, но всех любим равной любовью. То же и в отношении отцов — каждый из них дорог и каждый занимает особое место в церкви и без каждого, когда его узнаёшь, не хотелось бы жить дальше. Это как решать, кто нам дороже — Серафим Саровский или жена? И как решить, если они все — это я?

В чём значение святых отцов для современного человека?

Кто не видит, какой благодатью наполнены холмы, луга, стихи великих поэтов, музыка Моцарта, научные изыскания Алексея Лосева, философиия Кьеркьегора и Платона - тот и в храме благодать не увидит. Такое отрицание мировой культуры свойственно новоначальному уровню христианской жизни, да и то не всякому. Любой опытный наставник всегда сможет рассказать о том, как святые отцы (Василий Великий, Иустин Философ, Григорий Богослов) относились к культуре. С каким трепетом они выбирали в неё созвучное христианству. Ведь невозможно прочитать Платона или Аристотеля и не воскликнуть вслед за древними отцами, что эти философы - христиане до Христа. а уж о том, насколько были образованы многие отцы, - это знает каждый. Духовная жизнь выражает себя не только в чтении акафистов, но и во всяком деле ради Бога и ради любимых других. Написание и чтение стихов, философия, музыка, живопись - всё это сокровища. Поэтому, среди святых есть святые поэты, философы, врачи, учёные, музыканты. А вот скучных людей, которые всюду видят только темноту и грех среди святых не бывает!
Верующий во всем способен увидеть Христа. И в литературе, и в музыке, и в человеке. У святых отцов это умение было развито глубоко. Они были настроены на Христа, а потому видели Его следы во всём, что их окружало, кроме греха. Да и грех они могли видеть своеобразно. Так, один мой знакомый удивительный священник однажды сказал, что Мария Египетская и в пороке искала Господа. Её душа хотела высоты, но, по ошибке, она принимала за высоту блудную страсть. Поэтому она даже не брала денег за свои действия. А, ведь все вокруг видели в ней лишь развратницу.
В моей жизни был случай, когда я увидел фотографии одной девушки-модели на сцене, и после, когда она думала, что её никто не видит. И тогда она, уставшая и одинокая, грустила и болела сердцем, а на сцене была вынуждена улыбаться. Где же она настоящая? Какую её примет Бог? Конечно ту, которая так страдает...
Когда обычный человек смотрит на другого, он видит повод для осуждения, видит грехи и проступки. Но, когда благодатный подвижник смотрит на другого, он видит его глубже греха, всей любовью, всей жалостью. И потому он замечает, как этот, встречный им человек, неизъяснимо прекрасен. Те же, кто находятся рядом со святым, кто читает его труды, тоже могут научиться этому. Их будет учить сама благодать, которая живёт в сердце и делах чтимого ими святого.

 
Беседовала с Артемом Перликом Вика Иващенко, г. Донецк, Украина
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст