Азы православия

Как Бог открывается в душе человека?


Как Бог открывается в душе человека?

Почему животные, из коих некоторые одарены немалою смышленостью, не видят Бога в природе и не показывают никаких знаков богопочитания? Мирные животные ласкаются только к человеку и служат ему как господину. Почему видит Бога в природе только один человек? Потому что душа человека существенно отлична от души животных, потому что человек создан по образу Божию, и так как только подобный может понимать подобного, то один человек и видит Бога в Его дивных творениях мира и в себе самом и стремится к Нему. Как высшие из неодушевленных предметов на земле, растения, данною им силою стремятся вверх к солнцу, так и человек, высшее из живых существ на земле, стремится своею душою к духовному солнцу - Господу Богу.

В чем состоит образ Божий в человеке?

Бог есть высочайший Дух, потому и образ Божий напечатлен в душе человека, хотя высокие качества духа отражаются и в теле человека, потому не только душа, но и самое тело его устремлено к небу. Образ Божий отпечатлен в свойствах и силах души, именно Господь дал человеку душу бессмертную, не имеющую конца своему бытию. Бог не имеет ни начала, ни конца бытия, а душа не имеет конца бытия. Бог дал человеку душу разумную, свободную, с любящим сердцем. Как Он Сам есть Вседержитель вселенной, так человек есть царь тварей земных. Вот черты образа Божия в человеке!

Как отпечатлелся образ Божий в уме человека?

Господь Бог есть высочайший Ум, и человеку Он дал такой ум, который имеет способность необычайно быстро развиваться и наполняться познаниями; мы видим, что отроки и юноши в продолжение семи или восьми лет усваивают себе в главных чертах познания о всем существующем в мире, познания, которые приобретались многими поколениями в продолжение целых тысячелетий, но ум человека, развиваясь и совершенствуясь, чем более приобретает познаний, тем более видит, что эти познания еще несовершенны и неполны, и, идя вперед и вперед, не видит предела в достижении полноты ведения. Между тем как познания животных ограничены весьма тесными пределами и относятся только к удовлетворению телесных потребностей их, человек стремится познать все, ибо познания суть пища для его ума; он не довольствуется познаниями о земных предметах, потребных для телесной жизни его, он придумывает и устраивает разные многосложные орудия, чтобы проникнуть в тайны отдаленного звездного мира; видя зависимость предметов одних от других, восходя от следствий к причинам их, он стремится познать первого Виновника всего сущего, и это стремление вложено в самое существо его духа.

Душа человеческая не только мыслит, желает и чувствует, но и еще, как в зеркале, видит свои мысли, желания и чувствования. Это есть самосознание человека. Хотя человек состоит из тела и души и хотя весьма многообразны и разнородны действия тела и души, но все они отражаются в едином сознании его, и все эти действия человек относит к себе одному. Потому он, сознавая единое начало в себе, а также видя в мире гармонию, порядок и общие силы и законы, признает единого Виновника и Управителя вселенной.

Человек видит, что владычествующее в нем есть ум. Чрез ум он не только познает себя и окружающий его мир, но и управляет собою, управляет своим телом, которое есть только орудие души, через ум управляет и предметами видимого мира и царствует над одушевленными тварями, он не ступит шагу без цели, без ума, потому и Бога представляет не иначе, как высочайшим Умом, все создавшим с мудрыми целями, и в самом деле постигает многие цели и намерения Творца в Его созданиях.

Псалмопевец говорит: создавший око не увидит ли? Естественно спросить: создавший разумного человека не есть ли разумное Существо?

Господь сделал все, чтобы человек признал Его бытие и познал Его; Он даровал человеку высокий ум, но в то же время, призвав его из небытия к бытию, заключил дух его в малом теле, зависящем от окружающего мира, поставил его среди громадной вселенной, поражающей его величием и мудростью своего устройства. Впрочем, для того, чтобы иметь уверенность в бытии высочайшего Существа - премудрого Творца мира, не требуется очень многого знания. Бог устроил так, что хотя бы люди имели далеко не полные познания о предметах мира, но эти познания, доступные и необразованным людям, могут пробудить и пробуждают положенную Самим Творцом в глубине души их мысль о Нем как всесовершенном, высочайшем Существе; человек изначала издали видит то высочайшее Существо, к Которому он должен стремиться и приближаться и умом, и волею, и сердцем.

Мы назвали бы безумным того, кто стал бы утверждать, что дома, в которых мы живем, храмы, в которых молимся, и другие предметы, для различных целей устроенные руками человеческими, создались сами собою из бездушной материи. Еще более безумны те, которые утверждают, что этот мудро устроенный мир с его разнородными и, наконец, разумными существами явился сам собою из материи (Евр. 3,4).

Непризнание бытия Божия есть не только безумие, но и тяжкое преступление и великий грех, за который будут судимы впадшие в него. В одном месте воры увели коней у крестьян, но крестьяне догнали их и говорят: вы увели наших коней. Нет! - отвечают те, они сами побежали за нашими конями. Но крестьяне говорят: этот конь наш, а он заложен в вашу повозку. Тогда один из воров, помолчав, сказал: да он сам запрягся. Крестьяне представили их к начальству, и суд приговорил похитителей к наказанию. Тем более подлежат осуждению те, которые утверждают, что человек и этот премудро устроенный мир образовались сами собою, что выше и разумнее человека в мире нет уже никого, от кого бы он зависел, и говорят это потому, что сейчас же не наказываются за это Богом. Но будет над ними суд, на котором они окажутся безответны. Так говорит Св. Дух устами апостола: невидимое Его (то есть Божие), вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез разсматривание творений видимы, так что они (то есть язычники, не ведавшие Бога) безответны (Рим. 1, 20).

Как открывается образ Божий в воле человека?

Бог есть Существо всесвободное, но любящее и творящее одно добро, Он есть Существо всесвятое. И человеку дана такая свобода, что он до некоторой степени может противиться даже воле Божией. Но так как блаженство человека зависит от свободного уподобления Господу Богу в добрых делах, то Бог дал человеку внутреннего законодателя; этот законодатель есть нравственное чувство, или совесть. Совесть делает три дела: во-первых, законодательствует, или показывает, что человеку должно делать и чего не делать; как ум показывает ему, что истинно и что ложно, так совесть показывает ему, что доброе и что злое. Совесть в отношении к Богу заповедует любовь и благоговейное почитание; в отношении к ближним заповедует не делать им того, чего себе не желаешь; во-вторых, совесть судит дела человека, которые он сотворил, и в-третьих, награждает его одобрением и спокойствием за добрые дела и наказывает угрызением и мучением за худые дела. Очевидно, что все это свойственно главным образом и прежде всего Господу Богу.

Как ум человека представляет Бога высочайшим Умом, так совесть, это дивное отображение Божества в человеке, говорит о Боге как о всесвятом и правосудном Существе. В видимом мире Бог является только мудрым Законодателем, а не Судьею и Мздовоздаятелем, ибо законы Его исполняются неодушевленною природою и животными не свободно, но неуклонно и неизменно, а в свободном человеке Бог в первый раз на земле, именно в совести его, является Существом всесвятым, Судиею правосудным и Мздовоздаятелем. Суд совести в человеке нельзя ничем объяснить, как только тем, что действительно есть Бог, Судия и Мздовоздаятель, глубоко вложивший в душу человека чувство совести для постоянного напоминания ему о имеющем быть действительном суде Божием над людьми. Как велико и неотразимо действие совести, это видно из того, что самые ожесточенные преступники нередко при малых уликах и даже добровольно, по одному побуждению совести, открывают людям свои тяжкие преступления. Сила совести видится и в том, что у всех народов есть понятия о добре и зле, и эти понятия сравнительно более чисты и согласны между собою, нежели умственные представления о Самом Божестве, которые у многих весьма искажены. На исполнении законов нравственных, которые основываются на истине бытия правосудного Бога, утверждается спокойствие добродетельных, благосостояние семейств и обществ человеческих, и не может быть, чтобы благо народов основано было на лжи, как думают неверующие в Бога.

Исполнение закона требует великой внутренней борьбы, часто бывает сопряжено с внешними скорбями. И кто мог бы наложить на народы иго нравственных обязанностей, если бы они не положены были Богом в самом существе души и если бы в ней не была укоренена мысль о Боге, Судии и Мздовоздаятеле? Чтобы победить стремления своей низшей, влекущей ко греху природы, человек употребляет великие усилия. В нем происходит подобное тому, что бывает в растении. Семя, зарытое в землю, облегается ею, кроме того, оно влечется вниз силою земного притяжения, но оно внутреннею своею силою старается пробиться наружу, вверх, обходит поэтому разные препятствия на пути, и если выбьется на свет, тогда начинается для него истинная жизнь, в противном случае угрожает ему смерть. Так и человек вложенною в него духовною внутреннею силою старается победить в себе стремления низшей природы, влекущей его к земле, и устремляется к небу, ибо там для него истинная жизнь.

Теперь обратимся к третьей главной силе души, к сердцу. Сердцем любим или не любим, ощущаем прекрасное, приятное и неприятное. Бог есть Любовь, есть высшая духовная красота. Бог есть Существо вседовольное и всеблаженное. Любовь Божия есть причина создания разумных существ для вечного блаженства, и это блаженство может быть достигнуто тварями не иначе, как чрез любовь к Богу. Любовь человека к Богу есть главное всеоживляющее начало во всех отправлениях духовной жизни, по великому влиянию сердца на ум и на волю человека. Любовь в сердце человека начинается от познаний ума о Боге, но когда сердце полюбит Бога и будет стремиться к Нему, тогда в человеке более и более умножается и утверждается ведение о Боге. Кто кого любит, тот о том постоянно и помышляет. Любовь к Богу и богомыслие нераздельны между собою. Только истинная любовь к Богу чистого сердца способна постигнуть глубины Божий (1 Кор. 2,10), насколько это возможно созданному существу. Сам Спаситель сказал: блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф. 5,8). И святой апостол Павел написал: кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает, как должно знать. Но кто любит Бога, тому дано знание от Него (1 Кор. 8,2-3).

Сердце, любящее Бога, укрепляет и волю человека и утешает его на тяжком пути исполнения нравственного долга, побуждает его оказывать добро и ближним, и самим врагам; только любовь способна на удивительные подвиги самоотвержения.

Но человек поврежден грехом, и первый грех главным образом произошел от сердца, прельстившегося красивыми плодами райского древа и возжелавшего восхитить Божеские совершенства. И теперь главный корень греха в сердце. Спаситель сказал: от сердца исходят помышления злая, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, татьбы, лжесвидетельства, хулы (Мф. 15,19). Оно ищет только удовольствий, не различая удовольствий дозволенных от недозволенных, не различая и средств к удовлетворению жажды наслаждения. Оно главным образом есть источник и тягчайшего из грехов - безбожия. Тяжела и горька сердцу, оскверненному грехами, мысль о Боге, Судии и Мздовоздаятеле; ему хотелось бы осуждать других. Поврежденное сердце не пойдет туда, где говорят о Боге. Оно не любит Бога, а боится Его. Оно старается помрачить и затмить очи ума, ясно видящего Бога, усиливается заглушить голос совести, громко говорящей о Боге, и нередко в том успевает и доводит человека до безумия, как сказал еще святой царь Давид: рече безумен в сердце своем: несть Бог (Пс. 13,1). Господь долго терпит, ибо настоящая жизнь есть время воспитания и испытания. Он даже желает обратить к Себе неверующее сердце благодеяниями, но оно еще более забывается. Наконец, Господь начинает лечить жадное до удовольствий сердце горькими лекарствами, ударит Он по сердцу нечестивого не раз и не два скорбями и бедами, и отчасти справедливо говорится: одна беда не ходит; это значит, что от одного удара ожестевшее сердце не смягчается. Поражаемое сердце начинает озираться: в самом деле, нет ли над ним высшего Существа; обращается к уму, а ум уже давно готов говорить о Боге; в уме часто бывают мысли и познания противоположные, то есть и за известный предмет, и против него; так бывает и в отношении к бытию Божию; но мысли, говорящие против бытия Божия, сами по себе слабые, прежде нравились сердцу, и оно их одобряло, охотно слагало вместе, склоняло ум ставить их на первом плане и действовало так незаметно и хитро, что уму казалось, будто он сам дошел до убеждения в небытии Божием. Так бывает нередко между людьми: человек полагает, что он действует по своему уму, по своему убеждению, а между тем, ум его в известном деле направлен был коварно и хитро издали другими. Итак, когда поражаемое бедами сердце захочет узнать от ума самую истину о бытии Божием, тогда в уме выступят те мысли и познания, которые говорят о Боге и которые доселе были в тени, и так как они несравненно сильнее, то ум и сердце узрят Бога, да и совесть заговорит сердцу: все эти беды тебе за то, что ты забыло Бога и грешило против Него, и вот неверовавший человек, не приобретая новых познаний в науках, не переучиваясь, делается иным, верующим в Бога.

Конечно, не всякое сердце вразумляется и бедствиями, но на многих они действуют благотворно; об этом говорят опыты не только со многими лицами, но и с целыми племенами и народами. Во второй половине прошедшего столетия во Франции развилось неверие и распространилось по всей Европе, но вот Господь Бог из той же Франции поднял бурю воинских бедствий, Она далеко пронеслась на восток и снова возвратилась туда, где зародилась, причинив множество бед и скорбей народам Европы, но мгла неверия ослабела на довольно долгое время. Итак, по слову премудрого царя Соломона, который ни в чем не отказывал своему сердцу и чрез то причинил много бед своему царству, будем больше всего хранимого хранить наше сердце, ибо из него источники жизни (Притч. 4, 23). Да не потекут из него для нас источники смерти. Если мы будем подчинять его желания голосу ума и совести и возгревать в нем пламень любви к Богу, то Бог будет с нами и в нас.

Чрез рассмотрение и исследование предметов видимой природы и сил духа человеческого мы не только убеждаемся в бытии Божием, но и познаем свойства Божественного естества. Общие законы тяготения, света и теплоты, действующие во всем мире, гармония и порядок во вселенной говорят о единстве Творца и Промыслителя вселенной. Неисчислимое множество светил небесных, громадностью и отдаленностью от нас поражающих умы естествоиспытателей, свидетельствует о всемогуществе Создателя миров. Мудрое устройство предметов видимого мира, наконец, высокий разум, данный человеку, громко говорят о высочайшем, премудром и всеведущем уме Виновника существ. Всюду распространенная жизнь на земле, и в земле, и в воздухе, и в водах, и в малых каплях воды ясно свидетельствует о благости Творца. Свобода и совесть человека уверяют в том, что Господь Бог есть Существо всесвободное, всесвятое и правосудное. Сердце говорит о Нем, как о всесовершенной любви, как о Существе всеблаженном и вседовольном.

Возблагодарим Господа за то, что Он сотворил нас по образу Своему, даровал нам силы к познанию Его, соделал царями и иереями природы, чтобы мы от себя и от всех тварей неразумных возносили Ему молитвы, хвалы и славословия и, уподобляясь Ему добрыми делами, достигали вечной славы на небесах.

 
Автор: Протоиерей Григорий Дьяченко
Из книги: «Духовный мир»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст