Азы православия

Есть ли смысл в страданиях?


Есть ли смысл в страданиях?

Если вы читали документальную повесть «Живый в помощи» Виктора Николаева, — автор прошел афганскую войну и другие горячие точки, и только став православным, смог познать смысл происходившего, — вы вспомните тот трагичный случай, когда в руки душманов попал наш офицер Сергей.

Его, избитого, с надломленным позвоночником, подвели к яме, на краю которой лежали трупы двух его друзей. А в яме... Там кишели громадные арычные крысы, жаждавшие человеческого мяса. Ужас и отвращение, отразившиеся в глазах Сергея, вызвали в среде душманов невероятное ликование. И весь смысл этой нечеловеческой радости можно было выразить фразой:

— Где Ты, Бог, если Ты позволяешь нам вершить такое?!

Сквозь многие-многие века проносится этот вопрос. Кто-то задает его — со злорадством, кто-то — с отчаянием.

Преподобный Антоний как-то особенно недоумевал над глубиной судов Божиих. Он молился и говорил: «Господи! Отчего некоторые из человеков достигают старости и состояния немощи, другие умирают в детском возрасте и живут мало? Отчего одни бедны, другие богаты? Отчего тираны и злодеи благоденствуют и обилуют земными благами, а праведные угнетаются напастями и нищетой?» Долго он так размышлял, и был ему голос: «Антоний! Внимай себе и не подвергай исследованию судьбы Божии, потому что это — душевредно».

Человек подобен однодневной бабочке, которая за краткий миг своего бытия постигнет ли мудрость Того, Кто над нами, Кто правит вечностью?

Но здесь остановимся. Разве можно объяснить страдания с позиции отвержения Бога?

Если отвергнуть Господа, то — тем более безутешны скорби. Тогда в наших бедах — полная безысходность, а жизнь человека — сплошная бессмыслица. «Жить без Бога — страдать без утешения», — сказал один из старцев XX века архимандрит Тихон (Агриков).

Только с признанием Бога становится виден в страданиях смысл, появляются силы к преодолению их.

Если есть Бог, то скорби — бессильны. Потому что любая скорбь временна, а Бог вечен. Каждый верующий знает: за сумраком несправедливостей откроется свет вечной, блаженной жизни. И разве не стоит немножко потерпеть здесь ради вечности?

Так где же был Бог?

Страдавший за грехи всего человечества, победивший зло Своим Воскресением, Он был здесь же, рядом и укреплял воина Сергея. Он укреплял его не поддаться на льстивое предложение «духов» столкнуть трупы друзей в яму с крысами. Он укрепил его в последний миг жизни кинуться в яму, обхватив руками главаря банды и предателя-переводчика. Подвиг духа русского воина стал казнью для банды. А вскоре базу душманов постигло жестокое возмездие и ни один не избежал наказания.

Если мы не видим воздаяния и знаем массу примеров безнаказанности, то только потому, что мы не всевидящи и не всеведущи. Нам и не нужно этого видеть. Есть Тот, Кто знает, когда и что кому воздать. Для нас более важен другой вопрос: может быть, человеку полезно страдать?

Почему родители не всегда покупают детям, игрушки, которые они просят? Потому что человеку полезно покупка многих игрушек не всегда идет ребенку на пользу и некоторые дети из-за этого вырастают избалованными. Так и Бог не всегда избавляет от скорби даже молящихся, чтобы человек стал осмотрительнее, духовно чище, выше, опытней.

Бывают лекарства, горькие на вкус, но принятие их внутрь приносит значительное облегчение. Так и в страданиях принимаемых с верой и молитвой ко Господу, совершается очищение души от бремени страстей и грехов.

Господь попускает испытания жизни, чтобы пробудить в людях сердце. А. И. Солженицын, за плечами которого десятилетия концлагерей и испытаний, писал: «Согнутой моей, едва не подломившейся спиной дано было мне вынести из тюремных лет этот опыт: как человек становится злым и как — добрым. В упоении молодыми успехами я ощущал себя непогрешимым и оттого был жесток. В преизбытке власти я был убийца и насильник. В самые злые моменты я был уверен, что делаю хорошо, оснащен был стройными доводами. На гниющей тюремной соломке ощутил я в себе первое шевеление добра».

Кто никогда не страдал, тот не вспомнит про Бога, самоуверен и тратит дни жизни во вред своей вечной душе. Господь избавляет от греховных страстей болезнями и скорбями.

«Скорби рождают смирение», — сказал святой Исаак Сирин. А где смирение, там воцаряется глубокий духовный мир, душе возвращается детская, чистая радость.

Да, в страданиях человек познает свою немощь. Оказывается, есть достаточно скорый предел нашим силам. И многие, достигнув этого предела, поняли: жизнь человека в руках Того, Кто ее дал. Скорбь открывает глубочайшую истину — без Бога невозможно истинное счастье. Если нестрадавший человек думает о Боге, и то изредка, как о чем-то отвлеченном, не имеющем к нам близкого отношения, то в страданиях вдруг открывается, какую величайшую нужду в Боге мы испытываем.

Архимандрит Тихон (Агриков) говорил об этом так: «Страдание творит чудеса. Оно почти как таинство, со своей невыразимой внутренней силой. ...Молодой человек, без страха и благоговения прикасающийся к святыне, не чувствительный к духовному озарению, рассеянно погруженный в свои страсти, как только коснулось его страдание, стал серьезным, тихим и молитвенным. Жизнь — это громадная мастерская, в которой души закаляются в горниле страданий и готовятся на Небо».

Итак, истинно верующий не тот, кто, став верующим, перестал страдать, но кто в самых страданиях остался верен.

Иеромонах Серафим (Роуз) поведал об одной своей встрече: «Около года тому назад (то есть в 1980 году) был у меня долгий разговор в поезде с одним молодым американцем. Встретил он меня, казалось бы, случайно (хотя, конечно, случайностей в жизни не бывает) и сказал мне, что учит русский язык. Он искал веру, побывал в разных так называемых христианских группах, не нашел ничего, кроме лицемерия и обмана, и готов уже был совсем отказаться от поисков. Но тогда он услышал, что в России люди гонимы и страдают за свою веру. «А там, где страдание, — думал он, — там, возможно, есть нечто истинное и нет такого обмана, как у нас в Америке». И вот он стал учить русский, чтобы поехать в Россию и встретить там настоящих христиан. Мне, священнику Русской Православной Церкви, было удивительно слышать это, так как он никогда ранее не видел православного пастыря и даже ни разу не был на православном богослужении. У нас был долгий разговор о вере, и я увидел, что его чаяния были абсолютно здравыми: мысль о том, что страдание, должно быть, свидетельствует об истинном, в то время как наша эгоистичная жизнь с удобством порождает обман».

Ничто так не утешит в скорби, как обращение с молитвой ко Господу. Молитва в страданиях всегда живая и искренняя, и в скорби человек наиболее способен воспринять близость Господа к нам. Он молится уже не как чужой для Бога, его сердце в едином покаянном зове обращено к Небесному Отцу. Потому и Господь часто помогает скорбящим, — в трудностях жизни подает силу духа, в неисцелимых болезнях — исцеление, а посреди всеобщего разврата — чистоту и любовь.

 
Автор: Валерий Духанин
Из книги: «Сокровенный мир Православия»
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст