Литературная страничка

Выбор


Рыбацкие сапоги

- Доченька, покажи-ка мне ещё одну пару сапог, вон ту.

- Дедушка, вы уже смотрели все их и даже те, которые проданы, - сказала продавщица, но протянула деду вторую пару болотников.

- Ух, ты, резина мягкая. Смотри-ка, подошвы жёлтые али оранжевые? Скажи-ка, доченька.

- Оранжевые, оранжевые, я каждый день говорю вам это.

- Ты здесь на то и поставлена, - перебил её дед. И сделал выражение лица, в котором читались сердитость, возмущение и скорбь.

Все эти чувства, жившие на лице его одновременно, были надёжно упакованы хитрым взглядом и перевязаны «бантиком справедливости», который живописно расположился между бородой и усами. Вот так сильно мог выражаться своим лицом носитель «бантика».

- А скажи-ка, доченька, - продолжал дед, быстро справившись с «бантиком», - чьи это сапоги будут?

- Итальянские, итальянские, дедушка.

- Ты смотри, итальянские. А бивали мы итальянцев в Отечественную. Никудышние они вояки. Мы их, значит, в Отечественную, а они нас сейчас вот этими сапогами - да по мордам. И что же, у нас таких делать не могут, кишка тонка? Скажи-ка, доченька? Ну, что ты молчишь? Ответь. Ты на что здесь поставлена?

И «бантик справедливости» вновь начал завязываться на просторном лице фронтовика, бивавшего итальяшек. Однако улыбка умела быстро развязывать неожиданный узелок. И узелок, зная об этом, не делал попытки сопротивляться.

- А скажи-ка, «небушко ясное», какого размера будут эти итальяшки?

- Сорок третьего, дедушка, - ответила «небушко», светлое лицо которого подернулось лёгкой рябью облаков.

- А те две пары, которые проданы, какого размера были? - нарочно сделавшись рассеянным, спросил фронтовик.

- Не две, а три, и все сорок третьего размера. Вы ведь каждую пару помногу раз держали в руках. Сколько дней вы уже ходите? - и лёгкая рябь стала утяжеляться.

Уважение осталось последней преградой для свинцовой тяжести грозовых облаков. Чтобы избавить себя от необходимости укрываться от грозы, старый фронтовик молча покинул магазин.

На следующий день, перед открытием, бывалый фронтовик уже стоял у крыльца магазина. Он стоял с такой решимостью во взгляде, какую он имел всего один раз в жизни, когда в молодости просил отца выдать за него дочь, свою будущую супругу. По всему было видно: он решился. Значит, сегодня двум оставшимся парам итальяшек предстоит разлучиться.

- Здравствуйте, дедушка, - вежливо поздоровалась продавец и опустила глаза.

Она открыла магазин, вошла, и следом вошёл фронтовик.

- Что, дедушка, опять пришли щупать итальяшек? - спросила она, не поднимая глаз. - Только щупать больше нечего. Вчера вечером были заезжие покупатели и купили сразу обе пары.

Фронтовик, казалось, стал значительно шире в плечах и ниже ростом - так это известие придавило его.

- Простите меня, дедушка, но я не могла не продать их, ведь обе пары стояли на витрине.

- Как же так, милая? Ох, и виноват я, сколько времени я мешался тут, перед глазами, - дед посмотрел в отчаянии на продавца. - Я ведь ждал, когда одна пара останется, тогда бы и купил. А тут. Две пары. Да из двух как узнаешь, которая лучше, одинаковые такие итальяшки да ладные. Я ведь дождался трёх пар, осталось ещё одну пережить. Потом и выбирать-то зачем, одна всего пара-то, купил - да и делу конец. Ну как тут из двух выберешь: и та хороша, и эта хороша, и размер мой. Не было сил моих на одной остановку сделать.

И фронтовик, побитый итальяшками, так и не сделавшись выше ростом, пошел домой, неся своё поражение тихо и незаметно...

Ну, как тут из двух выберешь; была бы одна: взял - и всё,- рассуждал фронтовик о коварной трудности выбора, сидя у себя на веранде, и, заклеивая старенькие болотники, готовился идти на хариуса.

- Здравствуй, дед, - пророкотал молодой басок, и на веранду ввалился рослый парень в болотниках, с рюкзаком на плече и озорной весёлостью на просторном лице, которое совсем не портила коротко подстриженная бородка.

- Вот, в гости приехал. А ты всё клеишь? Сколько себя помню, столько и помню твои болотники. На них, наверное, заплаток больше, чем мне лет, - и внук обнял деда за плечи. - Готовишься идти на хариуса? Вместе пойдём. Люблю я, дед, с тобой на перекаты ходить, - и внук, сбросив рюкзак на пол, стал развязывать его. - От бати привет тебе, да гостинцы тут, - и, одарив деда улыбкой молодого Деда Мороза, достал из рюкзака пару новеньких, играющих оранжевыми подошвами, итальянских болотников: сорок третьего размера, и поставил их перед изумленным дедом.

Ещё раз, запустив руку в рюкзак, он достал вторую пару точно таких же итальянских сапог и пристроил их рядом с первой, чем окончательно лишил деда дара речи.

- Вот тебе, дед, болотники итальянские: две пары. Носить - не сносить. Да ты приди в себя, дед, - и внук затряс деда за плечо. - Ты же знаешь, как батя выбирать умеет. Он давно хотел сделать тебе подарок и искал подходящие сапоги. Зашёл в магазин, а там их две пары. Мучился, мучился - и пришлось купить обе: сильно уж приглянулись ему болотники, вот и не захотел уходить с пустыми руками, - и внук, внимательно посмотрев на сверкающие оранжевыми подошвами болотники, поскрёб пальцами в подстриженной бородке, улыбнулся и сказал:

- Мне, наверное, тоже пришлось бы покупать обе пары.

Двое: один молодой и рослый парень, а другой дед уже, но ещё шустрый рыбацкой сноровкой, стояли на перекате и ловили на сплав хариуса. Этот красивый способ рыбной ловли был популярен в здешних местах. Рыбак стоял в воде и пускал наживку по течению сплавом. Хариус выпрыгивал из воды, хватая такую наживку. Всплеск. Рыбак умело подсекал, и серебристый красавец повисал на леске, изо всех сил стараясь сорваться. Дед снимал очередного хариуса с крючка, иногда бросая взгляд себе под ноги, любуясь на итальяшек, которые, словно две рыбины, играли в воде оранжевыми подошвами. Между бородой и усами фронтовика в такой момент живописно завязывался «бантик справедливости», но широкая улыбка быстро развязывала его, лишь стоило вспомнить, как они с внуком утром долго не могли решить, какую же пару итальяшек деду надевать на рыбалку, и чуть не опоздали на утренний клёв.

Внук поклялся увезти одну пару к себе домой, до времени, чтобы избавить деда от мучений. Вот только какую пару, он ещё не решил.

 
Автор: Валерий Назаров, Россия, г. Вихоревка, Иркутской область
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст