Литературная страничка

У врат в Царство Небесное


рисунок
источник фото: artmarkova.ru

Ранним-ранним утром, когда весь мир еще спал, чистые, широкие, сверкающие золотом врата раскрылись...

Стражи, высокие юноши с мечами в руках, застыли по обе стороны. Их огненные взгляды были устремлены вниз, туда, где на голой земле, низко склонив понуренные головы, сидели бедняги, - души человеческие, покинувшие тела сегодня ночью. Они еще не знали, какая участь ожидает их, а потому сидели тихо, недвижимо, скорбно, - пропустят ли их во врата? Или так и останутся они навсегда по эту сторону?

Время шло. Никто не выходил из врат, никого в них не впускали... Гнетущая тишина заставляла несчастных гнуться ниже к земле, и у каждого из них были в этот момент одни и те же мысли: еще и еще раз прокручивая в памяти свою жизнь, они взвешивали, анализировали, считали... Сколько раз ошибались, где грешили, как каялись. Что решит Божий Суд? На каких весах взвесит их поступки? И станут ли эти золотые врата, - манящие, прекрасные, - освобождением их от долгих страданий, счастливым завершением земного пути? Слышались тихие вздохи, едва различимый шепот, - последние молитвы, - а иногда рука поднималась, чтобы стереть горячую слезу...

Внезапно в самом центре врат показалась фигура. Это был мужчина, высокий, сильный, и в его облике чувствовалась власть. Стражи посторонились и дали ему дорогу. Он медленно двинулся вниз. Головы несчастных поднимались и смотрели ему в глаза, - за кем ты пришел? Не за мной ли? Но Святой Петр, - а это был он, - медленно шел дальше. Казалось, он кого-то искал. Иногда Святой наклонялся и пристально вглядывался в облик души. Нет, не тот... Ряд закончился, души застыли. Святой Пётр внимательно огляделся. «Где же ты?» - Говорил его взгляд. И вдруг, заметив что-то далеко в стороне, устремился туда.

В самом неожиданном месте, в каком-то прозрачном пролеске, среди тонких деревьев, сидел человек. Казалось, собственная участь совсем не волновала его. Он занимался тем, что складывал шалашиком хворост и, если бы у него был огонь, наверняка разжег бы костер! Более легкомысленного занятия в такой момент невозможно было представить! Но человек ничуть не смущался, а пребывал в самом благодушном настроении.

Святой Петр подошел ближе.

- Что ты делаешь здесь? – Спросил он с улыбкой.

Человек поднял голову и добродушно ответил:

- А что мне делать там? Меня все равно не впустят!

- Почему ты решил?

- Да куда уж мне! – Человек был весел и прост. – Я ведь из этих, кому даже в игольное ухо не пройти.

- Из богачей. – Констатировал Петр.

- Из них. А если в земной жизни наслаждался, то о небесной – и не мечтай, так? – Человек положил еще несколько веточек в свой воображаемый «костер». В глазах его играли смешинки.

- Все правильно, - подтвердил Святой и внезапно протянул руку: - Идем!

Вот тут человек растерялся.

- Куда?

- Туда, где твое место!

Бедняга неожиданно привстал, затем побледнел:

- Ты не шутишь?

Святой Петр смотрел очень серьезно.

- Но почему? – Спросил человек тихо.

- Помнишь, к тебе в дом как-то вечером женщина постучала? Она попросила что-нибудь из еды.

Он повертел головой:

- Не помню.

- А я – прекрасно всё помню. И как твоя жена назвала её пьяницей, и как хотела дверь закрыть. А ты, ни слова не говоря, полез в холодильник, и вытащил все, что там было. Из этой упаковки яиц та женщина детям ужин приготовила. Этого ты не видел, конечно...

Человек молчал.

- Я и еще помню. На корабле. Девушка, которая убирала каюту...

- Это я помню...

- Её обвинили в воровстве, а ты услышал – и тут же вмешался. И все деньги отдал. Сколько их было?

- Много.

- Да, много. Те люди, кстати, нашли потом свои деньги, только постыдились об этом сказать. Мне продолжать?

- Не надо. – Человек стоял очень прямо. Он волновался, и не мог поверить, потом опустил свою голову: - Я никогда не был праведником.

- Стыдишься?

- Стыжусь.

- Дай мне руку.

Они шли вдвоем, и длинные полы хитона, в который был одет Святой Петр, задевали других несчастных, ожидавших своей участи. Один из них, очень высокий мужчина, в упор взглянул на проходившего мимо Петра, и во взгляде его читался твердый вопрос: «А когда же – я?» Святой чуть замедлил шаг и, обернувшись к своему спутнику, вполголоса сказал:

- Этот человек всю жизнь постился, в Храм ходил, всё, что надо соблюдать, - соблюдал. А сердца доброго не имел.

И пошел дальше...

Ворота раскрылись, стражники посторонились, давая входящим войти. Тихий стон, как шелест, пронесся над головами. Человек отпустил руку Святого и с состраданием глянул на них.

- Но ведь у меня – никаких добродетелей, - сказал он с болью. Ничего! – И еле слышно добавил: – Я даже жене изменял.

- Ну, это я беру на себя, - сказал Петр. И, улыбнувшись, ввел в Святые Врата новую душу.

 
автор:  Елена Черкашина
Поддержите нас, нам нужна Ваша помощь! Пожертвуйте на развитие
православного журнала «Преображение».
Мы благодарны всем за поддержку!
помощь
Разделы журнала
От сердца к сердцу

Без Бога нация - толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или глупа,
Иль, что еще страшней, -
                               жестока.

И пусть на трон взойдет любой,
Глаголющий высоким слогом,
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу!

иеромонах Роман

Цитата

фото«...важно помнить — современная информационная среда пристально следит за любыми новостями, связанными с Церковью. И здесь я хотел бы сказать не только о журналистах — я бы хотел сказать вообще о людях, представляющих Церковь в глазах мирян, в глазах светского общества. Мы должны обратить особое внимание на образ жизни, на слова, которые мы произносим, на то, как мы себя ведем, потому что через оценку того или иного представителя Церкви, чаще всего священнослужителя, у людей и складываются представления о всей Церкви. Это, конечно, неверное представление, но сегодня, по закону жанра, получается так, что именно какие-то погрешности, неправильности в поступках или словах священнослужителей моментально тиражируются и создают ложную, но привлекательную для многих картину, по которой люди и определяют свое отношение к Церкви.»

Патриарх Кирилл на закрытии V Международного фестиваля православных СМИ «Вера и слово»

фото«Свобода создала такой гнет, какой переживался разве в период татарщины. А — главное — ложь так опутала всю Россию, что не видишь ни в чем просвета. Пресса ведет себя так, что заслуживает розог, чтобы не сказать — гильотины. Обман, наглость, безумие — все смешалось в удушающем хаосе. Россия скрылась куда-то: по крайней мере, я почти не вижу ее. Если бы не вера в то, что все это — суды Господни, трудно было бы пережить сие великое испытание. Я чувствую, что твердой почвы нет нигде, всюду вулканы, кроме Краеугольного Камня — Господа нашего Иисуса Христа. На Него возвергаю все упование свое»

26 октября 1905 год. Новомученик Михаил Новоселов в письме Федору Дмитриевичу Самарину

иконаЧеловек всего более должен учиться милосердию, ибо оно-то и делает его человеком. Многие хвалят человека за милосердие (Притч. 20, 6). Кто не имеет милосердия, тот перестает быть и человеком. Оно делает мудрыми. И чему удивляешься ты, что милосердие служит отличительным признаком человечества? Оно есть признак Божества. Будьте милосерды, говорит Господь, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 36). Итак, научимся быть милосердыми как для сих причин, так особенно для того, что мы и сами имеем великую нужду в милосердии. И не будем почитать жизнию время, проведенное без милосердия.

Иоанн Златоуст